В летнее сердце Лекады, в зале магистрата, весело светится Ти Сатоцци. Он приглашает женщину на танцы - уважаемую вдову и генерала, что вызывает интерес к их знакомству. Темное прошлое Середины остается недосказанным, пока она не решится открыть оно светло.
Хочешь, я принесу тебе выпить, и ты чуть-чуть расслабишься? — предложил Тьеро.
— Не стоит.
Я огляделась.
Итан даже не смотрел в мою сторону. Делал вид, что его не волнует. Демонстративно.
Фаурицо…
— Рицу! — позвала я. Даже махнула для убедительности рукой.
Фаурицо оглянулся, словно не был уверен, что я зову именно его.
— Рицу!
Когда вокруг люди, не сделаешь вид, что не расслышал.
Он, нехотя, поднялся на ноги.
— Что-то случилось, Ди?
Случилось? Эта тварь пристает ко мне, разве ты не видишь?
Я постаралась улыбнуться.
— Потанцуешь со мной, Рицу?
— Я? — о, да, Фаурицо не танцевал.
— Немного, Рицу, — я шагнула к нему, сама взяла за руку, даже обняла за плечи. — Пожалуйста, — шепнула на ухо.
Он сдался. На самом деле, он не плохой человек, но любые конфликты старается обходить стороной.
— Диури, зачем тебе этот старый пень? — поинтересовался Тьеро, его совсем заносило сегодня. — Что ты будешь с ним делать? Он даже танцевать не может. Потанцуй со мной.
— Не хочу, — сказала я.
Попыталась потащить Фаурицо в сторону, но тот слишком неповоротлив. А Тьеро не намерен был сдаваться.
— Тьеро! — окликнули его. — Отстань от нее, она тебя не хочет.
— Хочет! Просто боится признать! Она же просто огонь!
Тьеро ухмылялся, довольный собой… вся эта история ни для кого не в новинку, его вечно куда-то несет. Хотя, обычно, не заходит дальше болтовни и пары танцев. И все же, Тьеро не собирался отставать, даже протянул ко мне руки, попытался приобнять, наплевав на Фаурицо.
Ну, же!
Компания за столиком наблюдала за нами и интересом.
Фаурицо нервничал.
— Уберите руки, сен Морьяди, — наконец, попросил он. — Вам же сказали.
— А ты молчи! — фыркнул Тьеро.
— Какого хуга тебе надо? — у меня заканчивалось терпение. — Все смотрят.
— Ты хочешь уединиться? — Тьеро уже решил отпихнуть Фаурицо в сторону, его рука на моей талии… — Ну же, Диури!
— Пошел на хрен, ублюдок! — зашипела я. — Яйца оторву!
Справедливости ради, защищаться меня учили сначала отцовские амбалы, потом Итан, я могу.
— Руки убрал! — велели рядом.
Так, что вздрогнула даже я. Фаурицо шарахнулся в сторону. И только Тьеро лишь вяло обернулся.
— Что еще? — возмутился он.
— Руки, — повторил Итан. — И сел на место.
Тьеро уже набрал воздуха в грудь, собираясь ляпнуть какую-нибудь пошлую гадость, но глянул Итану в глаза, и передумал. Лицо Итана оставалось совершенно спокойно, и даже голос — он говорил без всякой угрозы, холодно и скучно.
