В просторном помещении-опенспейс со стены на стену работаете десятки людей, а мы с мужем Славиком остались вдвоем. Два года назад мы пришли туда одновременно и уже так привыкли друг к другу, что неразлучны. Кажется, даже в самые трудные моменты, когда кажется, что слёзы близки — мы всегда рядом, поддерживая друг друга....
Щелчком отшвырнув недокуренную сигарету, Крамер решительным и быстрым шагом направился к центральным дверям.
Выглядел он мрачнее тучи. Даже Лидочка, взглянув на него, когда он появился в приёмной, испуганно затрепетала.
— Ксению Андреевну Снегирёву ко мне. Немедленно, — бросил он на ходу и скрылся в своём кабинете.
47
Она явилась почти сразу, ждать не пришлось. Лучше было бы, наверное, сначала остыть, а уж потом устраивать разбирательство, подумал задним числом Крамер. В пылу он часто становился не сдержан и позже себя корил.
"Но она уже пришла. В первый момент Ксения Андреевна выглядела спокойной и уверенной, но затем, видимо, почувствовала неладное. Потому что подойдя ближе к столу Крамера, заметно напряглась и смотрела на него уже с явной настороженностью.
С трудом сдерживая гнев, он спросил:
— Ну и как обстоят дела с листовками?
— Мы их все раздали, — не моргнув глазом, ответила она.
— В самом деле? — подщурил он глаза, внимательно изучая её реакцию.
— Ну конечно!
— Тогда как вы объясните то, что эти листовки я только что обнаружил у мусорного бака?
Несколько секунд она молчала, глядя на него так, будто он несёт какую-то чушь. Потом пожала плечами.
— Откуда мне знать? Может, кто-то из клиентов выбросил?
— Точнее будет сказать, что все клиенты выбросили. Целая коробка листовок валяется сейчас в мусорке. И вы мне будете рассказывать, что понятия не имеете, откуда они там?
— Но я и в самом деле не имею понятия! — упиралась она.
— Да бросьте! — досадливо поморщился Крамер. — Вы с самого начала не хотели брать их в работу. Упирались, потом, видимо, решили пойти другим путём. И вот, получается, нашли выход… Сегодня вечером дворник сжёг бы их, и все концы в воду. Так? Вот только я случайно их обнаружил…
Она так достоверно округлила глаза. Актриса!
— Я не поняла. Вы что, хотите сказать, что это я их выбросила?
— Или же поручили это кому-нибудь.
— Ну знаете! Это уже слишком! — Она вскочила, шагнула к его столу впритык, нависла над ним, глядя в упор и вцепившись руками в столешницу. Глаза её гневно полыхали, скулы горели румянцем. Крамер непроизвольно отодвинулся чуть назад. — Мы там, с моими девочками, всю неделю трудились без продыху, без обедов… оставались после работы на два-три часа… и ваши эти листовки нам только прибавили забот и усложнили процесс… но мы их раздавали, как вы велели.
