28 апреля 1943 года. Немцы готовились к новой контратаке. В дождливую погоду их бронированные танки и роты бросились вперед, прятавшись за лесами и полями. Кровь билась в жилах солдат, когда они взрывали глинобитные укрепления и поддавляли обледеневших советских пехотинцев из танковых бригад. Абверсские разведчики уже спрятались за деревьями, наблюдая за ходом сражения....
— Могу ошибаться, товарищ капитан, — внезапно пробормотал Герасимович. — Впрочем, нет, точно скажу. Буквы латинские — WAS. Цифры — два, один, ноль.
— Молодец, Герасимович! — Алексей удивленно уставился на него и спросил: — Ты почему не в разведке?
— Не берут, — ответил. — А что тут такого? Просто буквы с цифрами запомнил. Зрение хорошее."
"— Ну да. — Черкасов ревниво хмыкнул. — Не такой уж подвиг разведчика.
— У тебя имя есть? — спросил Алексей.
— Есть, — сказал сержант. — Максимом мать назвала.
— Сам-то откуда?
— Из Сибири.
— Сибирь — понятие растяжимое, — заметил с заднего сиденья Хомчик.
— О, вы даже не догадываетесь, насколько растяжимое, — заявил сержант. — Город Канск Красноярского края. Отец был вторым секретарем горкома. Я в институте на инженера-технолога год проучился перед войной. Пришел в военкомат — не взяли, заявили, что слишком тощий. Пришлось мышечную массу наращивать.
— Не возражал он? — спросил Черкасов.
— Да родители и не узнали, — ответил сержант. — Я тайком от них на войну ушел. Мать теперь убивается.
Закончился лес, машина вынырнула к знакомому мосту. Задребезжали доски настила. Тела немцы уже убрали, вынесли даже мертвого Семашко.
Все, видимо, подумали, об одном и том же. Герасимович с мрачным видом вертел баранку, объезжая подбитый грузовик, остальные выразительно молчали.
— Больше никаких трупов среди нас, уяснили? — проворчал Алексей.
— Да мы и не собираемся умирать, командир, — с некоторым сомнением заметил Черкасов.
— Семашко тоже не собирался.
Мост остался позади. Леса разредились, по обочинам тянулись кустарники.
«Где-то слева от нас местечко Цилиенхоф, — сориентировался Алексей. — В него, скорее всего, эти упыри заезжать не станут».
И все же у него оставались сомнения.
Слева показалось шоссе, в него втягивалась проселочная дорога.
Видимо, основная масса войск обходила Цилиенхоф с юга и устремлялась дальше на восток. Сомнительными дорогами и мостами немецкое командование предпочитало не пользоваться.
Кучка советских людей оказалась в самом средоточии германской военной машины.
