В тихом уголке под старыми окнами, где даже ночью можно уловить легкий аромат свежевыжатого лимона, наш герой начинает очередной день вдвоем с неожиданным гостьем: мышью, притаившейся в холодильнике. Без единой мысли о том, что будет дальше, он натягивает на себя старую куртку и выходит на лестничный подъезд, чтобы нести коляску по узким ступеням. Внутри собственной квартиры он чувствует только одиночество — жена давно покинула его дом....
— Пошли, говорю, — надавил голосом комендант.
— Ну, как скажете, — буркнул Елисей и, поправив ремень карабина, зашагал следом.
В комендатуре, приказав денщику вздуть самовар, штабс-капитан присел к столу и, устало потерев лицо ладонями, закурил, жестом указав парню на ближайший стул. Дождавшись, когда принесут чай, офицер погасил в пепельнице окурок и, вздохнув, тихо сказал:
— Не знаю, что там с тобой и как было, Елисей, но в том, что ты не так прост, я уверен. Ну не может простой казачок из обычной станицы без всякого образования такие вещи придумывать.
— И на том спасибо, ваше благородие, — так же тихо отозвался Елисей. — А за то, что я на ту сторону уйду, даже не думайте. Казак я.
— М-да, всякое в жизни бывает, — задумчиво вздохнул комендант, внимательно выслушав парня. — Ты вот что.
— Зверье ушло, — подумав, высказался Елисей.
— А зверье тут при чем? — не понял комендант.
— Зверь тихие места любит. А ежели ушел, значит, мешает ему кто-то. А кто в лесу зверю мешать станет? — спросил Елисей, глядя коменданту в глаза.
— Вот оно как, — удивленно качнул штабс-капитан головой. — Не знал. Не охотник я. Значит так.
— А отчитываться как станете? — подумав, поинтересовался Елисей, которому совсем не хотелось, чтобы этот толковый офицер вдруг оказался наказан за попытку повысить боеспособность крепости не совсем законными методами.
— Придумаю что-нибудь, — буркнул офицер, тяжело вздохнув.
— Где у нас воры вольготно живут? — помолчав, решительно спросил Елисей.
