Во дворец прибыла особа непонятного происхождения — Джина, и кажется, ее ждет самый тяжелый месяц в жизни. Здесь ожидают пышный прием и множество важных знакомств с принцем, а не монастырь с полным отсутствием забот о полях и полянах.
"
"— Ты знал, что Элина подослана убить Эдмунда моими руками? Знал, что меня саму могут убить? — скорее это были не вопросы, а желание услышать очевидную истину.
— Ты не знаешь, как я люблю тебя, дочка, — он поднял полный мерцания взгляд, — не знаешь, на что я готов пойти, чтобы защитить тебя. Но три года назад я продал самое родное, что у меня было, ради Хоупса. Ради сотен людей, Джина. И ты не знаешь, как я страдал, с каким трудом выносил эту правду.
— Верно, я не знаю…
— Я не смею просить твоего прощения, дитя.
— Сохранить жизнь? — гулко переспросила я, кусая губы. — Да ты жив лишь потому, что я — хорошая дочь. Я солгала единственному человеку, который видел в девчонке из Хоупса женщину, а не разменную монету! Я верила до последнего, что ты не продавал меня епископу, что ты ничего не знал о покушении. Я верила вопреки всему, даже собственному рассудку. Я пришла сюда, чтобы обнять тебя, чтобы ты утешил, сказал, что я поступила правильно! Но… этого не случилось, боже, этого не произошло…
Мой отец напряженно меня разглядывал.
— Джина, я благодарен небесам, что ты осталась жива, — нервно откашлявшись, прошептал он, — дочка… — мужчина поднялся, резко отодвигая стул.
Я отступила шаг, не желая, чтобы он приближался. Сколько всего намешано было у меня в душе, должно пройти время, прежде чем я осознаю…
— Уезжай в Хоупс, — сказала ему, — там ты, безусловно, нужнее.
— Дочка…
— Я не зла, не презираю тебя, нет. Я поступила так, как считала нужным и правильным. Но я не нуждаюсь больше в тебе, в твоей любви или хотя бы жалости. Тебе нет смысла оставаться здесь.
Я развернулась, чтобы уйти, услышав, как отец застонал, медленно оседая на стул.
Когда я вышла в коридор, Эдмунд уже ждал, облокотившись плечом о косяк двери и весело на меня поглядывая.
Он был, как обычно, лощен, выбрит и одет в алый бархат.
— Как все прошло? — осведомился с легкой улыбкой.
