Женщина прячется под воротом свитера, ветер душит. Минут через пять до прибытия экспресса — время, чтобы выбраться из здания вокзала. Я выбираю место между проходной дверью и окнами, где я смогу наблюдать за поездом без видимых поводов для беспокойства. Как только вагон приближается к зданию, свет огней раскрывает темную пустыню, словно созерцая незримое чудо скорости и отчуждения....
А как иначе? Если после ранения ты не помнишь ничего о своей прошлой жизни, и все, что тебе остается – записывать обрывки воспоминаний на стенах собственной спальни.
Лазарь тем временем натер пармезан в пасту и поставил передо мной тарелку. Я посмотрела на блюдо и внезапно перед глазами возникла страшная картина, увиденная недавно в лесу. Есть тут же расхотелось. Кажется, Лазарь принял это на свой счет. Сам он жевал за обе щеки.
– Ты не голодна? – поинтересовался он.
– Не ела с самого утра, – призналась я.
– Что именно?
– Давай после еды, – предложила я.
– На окончание ужина у меня были другие планы. – Он поднял бокал, и я легко коснулась своим тонкого стекла его фужера.
Несомненно, наши с ним планы на вечер совпадали, но тем не менее, когда с пастой было покончено, Лазарь спросил:
– Так что случилось?
Он всегда живо интересовался расследованиями, в которых мне доводилось принимать участие.
– В городе недавно пропала следователь, девушка примерно моего возраста.
– Слышал, – кивнул он. – Так ты приехала, чтобы помогать ее искать?
Я поразмыслила, как ответить, чтобы это не прозвучало как: «Ехала я к тебе, конечно же, что мне еще тут делать?» Кажется, этой нотки избежать мне все-таки удалось. Впрочем, этот мужчина определенно умел читать между строк.
– Мне не повезло быть той, кто последней видел ее живой.
– Так она мертва? – удивился Лазарь.
– Сегодня в лесу недалеко от города были обнаружены останки.
– Шумихи будет, – присвистнул он.
– Ты даже не представляешь, сколько, – вздохнула я. – Ее не просто убили и бросили в лесу, тело расчленили.
– Подозреваемых, само собой, нет? – догадался Лазарь.
– Сколько угодно.
– Интересно. – Он придвинул стул и оперся локтями о стол, приготовившись слушать.
– Например, ее любовник и его жена.
– Многообещающе, – кивнул он. – Значит, дело не тупиковое.
– Это на первый взгляд. Любовник этот – ее непосредственный начальник, – пояснила я.
– У-у, товарищ при погонах, которому не нужна лишняя шумиха!
– И кажется, он был не единственным, с кем она спала.
– Которым смерть следователя только на руку? – закончил мою мысль Лазарь.
Я сделала глоток вина, чтобы заглушить боль в голове, которая возникла при мысли, сколько всего еще предстоит проверить и узнать по ходу расследования смерти Ефременко.
