Вероника и её муж Тарас находятся за обеденным столом в уютной кухне. Вероника приглашает его попробовать овсянку, но Тарас предпочитает мясо. Тем временем, они обсуждают свои настойчивые интересы по питанию, создавая непростую ироничную атмосферу доверительной пары в обычный семейный вечер....
„Что ж это такое… Ничего не понимаю!“ – Вероника с недоумением и страхом смотрела на Клима. О чем он? Что за ерунда? Свиркин же жив!
– И что? – Она все-таки решила дослушать историю до конца.
– Мы отнесли тело Свиркина в склеп. Не в сам склеп, а вниз, в подземелье… Он еще теплый был, Кешка, и как будто даже шевелился – ну, это мне казалось, конечно, потому что так хотелось, чтобы он на самом деле живой оказался, а я – ни в чем не виноватый… Потом я написал тебе записку, а потом… Потом уехал к Тарасу на дачу.
– О господи…
– Я на перекладных поехал куда-то, потом деньги кончились, бомжевал… А осенью сам отправился в армию. Перед тем позвонил Тарасу. Он мне сказал, что вы поженились. Вот когда я узнал, что вы с Тарасом вместе. – Клим сделал паузу. – Потом… Потом я служил. Всякое было. Но даже когда меня в Чечню отправили – я и там никого не убил.
– Клим… Клим, ты… ты считаешь, что убил Свиркина?
– Да… Разве ты не слышала эту историю? Наверное, потом много говорили. Это я убил своего друга.
– Клим… Свиркин жив! – задыхаясь, закричала Вероника. – СВИРКИН – ЖИВ!
– О чем ты? – нахмурился Клим.
– Тарас обманул тебя. И Кешка тоже… Ох, какие ж они негодяи оба… – пробормотала Вероника, схватившись за голову.
– Ника… – Клим говорил тоже полузадушенным голосом. – Ты ничего не путаешь? Кеша – жив?
– Да жив он, жив… Я его на днях видела. Говорила с ним. Он жив. Не с ожившим же мертвецом я говорила?! – в отчаянии воскликнула Вероника. – Для мертвеца он слишком упитан…"
"Клим встал, отвернулся, подошел к окну.
Им было тогда всем по семнадцать лет – дети. Один обманул, другой поверил в обман. Все – ради одной девочки…
Но для Вероники любовь Тараса к ней не являлась оправданием лжи.
