Вероника и её муж Тарас находятся за обеденным столом в уютной кухне. Вероника приглашает его попробовать овсянку, но Тарас предпочитает мясо. Тем временем, они обсуждают свои настойчивые интересы по питанию, создавая непростую ироничную атмосферу доверительной пары в обычный семейный вечер....
Этот глупый розыгрыш…
– Кеша, тебе не страшно было лежать в могиле Черного Канцлера? Совсем-совсем не страшно? Ты ведь потом и гроб открыл, любопытный ты наш, жестянку из-под леденцов туда бросил…
– Я был ребенком! Семнадцать лет мне было!
– А сейчас тебе сколько годиков? Так и осталось – семнадцать. Ты, бедный мальчик, так и не научился отвечать за свои поступки… – пропела Вероника. – Ты за эти годы так и не стал старше ни на один день… Ты умер семнадцатилетним, милый Кеша. Тебя убил Тарас.
Свиркин был уже не бледный, а какой-то белый. Губы у него дрожали.
– Стерва… – жалостным и одновременно полным ненависти голосом произнес он. – Ну ты стерва, Ника Одинцова…
– Да-а?.. А что я теперь, должна тебя по головке гладить? Утешать: «Ах, милый Кеша, ты не виноват, ты был малюткой…»
– Стерва, стерва! – плачущим голосом завопил Свиркин.
– Я – стерва? Ну ты нахал… Я милосерднейшая женщина. Я даю тебе шанс – поступить не как мальчик, а как муж.
– Это все лирика… Метафора… И вообще, это все ненаучно… Я атеист! Никто с меня ничего не спросит! И вообще я ни в чем не виноват… Это Тарас. Он затеял, ему и отвечать!
* * *Иннокентий Свиркин принадлежал к тому типу мужчин, которые полагаются исключительно на свой рассудок.
Конечно, в этой безумной, современной жизни ему часто приходилось нервничать, но он быстро справлялся с собой. Потом мудро старался избегать тех людей или те ситуации, по вине которых он нервничал.
С глаз долой – из сердца вон!
Он никогда не вспоминал об истории с Климом.
Иннокентий Свиркин был уверен, что живет правильно.
Не бедствует, на кусок хлеба с маслом хватает, в курсе всего, что происходит в мире. У него, у Свиркина, все под контролем! На любой каверзный вопрос он даст ответ. На каждое происшествие (а ведь всего не избежишь!) у него уже заранее подготовлено алиби.
Не был, не состоял, ничего не знаю.
