Верзилла Околдованная - 17-летняя девочка с голубыми глазами и орехового цвета волос страдает от холодной зимы и голодом. Ее тело укрыто изношенными меховыми лохмотьями, а голову она спрятала в плечи в попытке защититься. Теплый одеколон шерстяной шали немного успокаивает ее холодную и разоренную душу....
Таким образом, осужденный должен был сначала помучиться, а потом умереть.
Нет, Силье не хотела этого. Она встречала в своей жизни пока немного молодых людей, но чувствовала, что этот отличается от других. Кем он мог быть? Вором? Тогда бы вокруг него не толпилось бы столько стражников и палачей. Вероятно, он был кем-то другим."
"Теряясь в догадках, Силье невольно подалась вперед, и вдруг услышала низкий голос, раздавшийся за ее спиной.
— Что ты здесь делаешь, женщина?
Силье и девочка резко обернулись, а девочка даже вскрикнула.
— Я хотела бы только немного погреться у огня, господин.
— Это твои дети? — спросил он зычным голосом.
— Мои? — переспросила она, нервно улыбаясь окоченевшими от холода губами. — Мне только шестнадцать лет, господин. Я нашла этих детей сегодня вечером.
Он разглядывал ее долго и задумчиво, и она опустила глаза в ужасе от такого откровения.
— Значит, ты их спасла? — спросил человек. — Не хочешь ли ты спасти этой ночью еще одну жизнь?
Его горящие глаза вызывали в Силье необъяснимый страх. Она ответила сбивчиво и смущенно:
— Еще одну жизнь? Я не знаю… не понимаю…
— На твоем лице следы голода и лишений. Тебе можно дать на два-три года больше. Ты можешь спасти жизнь моему брату. Хочешь это сделать?
Таких разных братьев она никогда раньше не встречала, пронеслось в ее голове.
— Я не хочу, чтобы он умер, — сказала она, помедлив. — Но как я могла бы его спасти?
— Я сам не могу это сделать, — сказал человек. — Их слишком много, и они охотятся за мной. Они забрали бы и меня, а для него это было бы бесполезно. Но ты…
Он вынул из кармана свернутую свитком бумагу.
— Вот. Возьми это письмо с королевской печатью.
