Верзилла Околдованная - 17-летняя девочка с голубыми глазами и орехового цвета волос страдает от холодной зимы и голодом. Ее тело укрыто изношенными меховыми лохмотьями, а голову она спрятала в плечи в попытке защититься. Теплый одеколон шерстяной шали немного успокаивает ее холодную и разоренную душу....
Она не хотела, чтобы Даг был в большом доме, Суль тоже было запрещено показываться здесь. Бенедикт был взбешен, он бранился и пил больше, чем когда-либо. У Абелоны было ясное мнение обо всем.
— Ты знаешь, что мой сын — единственный наследник этого хутора. Здесь действительно необходимо кое-что вытряхнуть, чтобы сыну не пришлось заботиться о чем попало!
— Но ты должна знать, Абелона, что Силье и дети — мои гости. Пока я жив, они будут жить здесь. И больше никаких разговоров об этом.
Подавленное настроение охватило обитателей хутора.
Должна ли она осмелиться? Ей часто хотелось пойти туда, но страх и чувство неловкости удерживали ее. Но сейчас она чувствовала, что должна. Было что-то внутри, что заставляло ее сделать это.
Абелона и ее дети были наверху и рылись в платье умерших. Силье пришла на кухню.
— Можно мне пойти проведать кое-кого? — спросила она. — Я хотела бы порадовать его сегодня в Рождество угощением.
Они с изумлением смотрели на нее. Было много бедных людей, которые голодали, но они и не подозревали о том, что Силье знала кого-то из них.
Ну, конечно можно! Грета и Мари снабдили ее дорожным сундучком, наполненным всякими вкусными вещами к Рождеству — колбасой, ветчиной, рыбой, хлебом и яблоками.
— Что это означает? — спросила она резким тоном.
— Силье должна нанести визит, — объяснила Грета.
Абелона сразу начала вынимать еду из саквояжа.
— Ничего нельзя выносить со двора! Мы имеем не больше, чем требуется нам самим. А эта Силье не имеет на самом деле никакого права…
Бенедикт был довольно пьян, хотя было еще совсем рано. Он поднялся, собрав всю свою ущемленную власть.
— Мы имеем больше, чем достаточно. Силье получила еду от нас, а ты смеешь идти против моей воли. Да я лишу наследства твоих объевшихся выродков!
У Абелоны перехватило дыхание.
— Ты не можешь этого сделать!
— Для этого имеются возможности.
Абелона была не настолько глупа, чтобы не понять его намерений. Она бросила на Силье взгляд, полный такой ненависти, что…
Она оставила дорожный сундучок без дальнейших комментариев и, тяжело ступая, отправилась наверх.
