Мозги плавятся.
А потом вспышка. Такая яркая, все время старающаяся ускользнуть как можно дальше, она накрывает с головой.
Из горла вырывается громкий стон.
Все на секунды мутнеет, но вскоре снова приобретает четкие очертания.
Хочу перекатиться на спину, но Андрей не позволяет. Прижимает спиной к своей груди. Я слышу стук его сердца, он настолько громкий, словно оно у нас одно на двоих.
Мы лежим в такой позе нескончаемо долго. Становится прохладно.
Выдыхаю и все же высвобождаюсь из объятий. Подбираю с пола платье и натягиваю его на голое тело.
Минутами позже мы сидим на кухне друг напротив друга.
На столе стоит уже давно остывший кофе.
Разговор не клеится. Тишина окончательно становится неуютной. Разлепляю губы, чтобы сказать хоть что-то, но Андрей опережает:
– Значит, уйдешь… вот так?
– Нет, – качаю головой. – Я всегда буду рядом, если тебе понадобится моя помощь или просто поговорить, ты всегда можешь мне позвонить.
Андрей улыбается уголками губ, но взгляд при этом остается холодным.
– Я отвезу тебя домой. Вещи заберешь в любое удобное время.
Он отталкивается от крышки стола и уходит в спальню.
Крепко обхватываю чашку ладонями, стараясь сдержать всхлип.
Все правильно, я все равно не смогу быть с ним, как раньше. Уже нет. Слишком многое произошло.
Моя мать не готова мириться с этими отношениями. Наш с ней разговор закончился скандалом, у нее прихватило сердце, снова. Пришлось вызвать скорую. Врач сказал, что ее состояние требует госпитализации, но мама отказалась. Она только забрала домой девочек.
Если я выберу Андрея, она мне этого не простит. А я не прощу себе, если с ней что-то случится. Я не могу стать для нее палачом. Ни за что.
Несмотря на то, что Славы больше нет, семья Андрея привнесла в нашу жизнь так много ужаса. Та авария могла закончиться летальным исходом не только для Славика…
Поднимаю голову, замечая белеющую ярким пятном рубашку Андрея.
Он поправляет часы на запястье и убирает телефон в карман.
Соскальзываю со стула и плетусь к двери.
Андрей привозит меня к подъезду, и по иронии судьбы мы сразу наталкиваемся там на мою мать.
В ее взгляде плещется ненависть. Буквально утром она сказала, что Славик заслужил то, что с ним произошло. Что эта кара была справедливой.
Я не знаю, что справедливо, а что нет… Но никто не заслуживает смерти. Тюрьмы за содеянный поступок – да. Но не смерти.
– Я сейчас. Сейчас подойду.
Мы с Андреем уже давно вышли из машины. Стоит друг напротив друга.
