В доме Эдель ночной час мраченнее всех других, когда госпожа Фрина зовет её в обед. Тихий голос служанки резко прерывает мои мысли: я не выдержала бы даже приглашение к столу. Мой взгляд скользит по окну — холод и беспокойство таят себя на улице, точно в воздухе дрожат неприятные предчувствия....
Они пришли за мной, чтобы забрать мою душу себе.
Все равно ни моя душа, ни мое бренное тело никому не нужны. Даже для меня самой они превратились в непосильную ношу, не говоря уже о других.
Я была обузой для всех! А особенно для собственного мужа, которого должна теперь освободить от себя…
Глухую и темную безмятежность разрывают тревожные вибрации. Они пищат словно перетянутые струны, и мне хочется лишь заткнуть их поскорее, чтобы больше никогда не слышать. Ничего не слышать!
Вибрации струн трансформируются в душераздирающий крик, а грубый и болезненный рывок лишает меня той непревзойденной легкости, с которой я уже почти слилась.
Это демоны? Богам не нужна моя черная душа, и они отдали ее этим монстрам?
Ледяной ужас прокатывается по спине, и я вновь ощущаю свое тело, чувствую, как глаза начинает щипать от слез.
─ Нет, пустите, я хочу обратно, ─ шепчу я, задыхаясь от страха, и пытаюсь вырваться из лап демонов.
─ Госпожа! Прошу вас, не надо! ─ отчаянные рыдания такого знакомого, даже родного голоса неумолимо вырывают меня из тьмы окончательно, и в глаза бьет ослепительный белый свет.
"─ Где я? ─ растерянно произношу, пытаясь проморгаться, и ощущаю, как все тело обжигает холодом.
─ Все хорошо, госпожа, я рядом, ─ в надрывном всхлипе я узнаю голос своей служанки. ─ Умоляю вас, одумайтесь, не нужно делать глупостей!
О каких глупостях она говорит?
Я ничего не понимаю. Разум затуманенный, а голова тяжелая, будто хмельная.
Наконец, зрение проясняется, а вместе с тем и приходит понимание, почему мне так холодно. Да я же в сугробе валяюсь!
И как же я тут очутилась?
─ Фрина, ─ пытаюсь отстранить служанку, которая зачем-то навалилась на меня и держит мертвой хваткой. ─ Отпусти меня. Мне холодно, и я хочу встать.
Она вскидывает на меня отчаянный взгляд. Ее глаза, припухшие и раскрасневшиеся от слез, судорожно бегают по моему лицу.
─ Не отпущу, ─ отчаянно мотает она головой и добавляет: ─ не отпущу до тех пор, пока не поклянетесь, что не станете прыгать!
─ Прыгать? ─ с губ срывается нервный смешок, и я в недоумении смотрю на Фрину.
─ Не где, а куда, ─ с опаской проговаривает она и бросает взгляд куда-то в сторону.
Прослеживаю за ее взглядом и ахаю в изумлении. Я не просто лежу в сугробе. Я на крыше дома! Еще и до края так близко…
Тело невольно передергивает, а кожа покрывается колючими мурашками.
Я не помню, как здесь очутилась.
