Весна разносится по Ницце, где паруса яхт белели на аквамариновой воде Лигурийского моря. Теплые запахи цветов и солнечного света создают идеальную атмосферу для загадочной операции, которая готовится в глубокой тени дворца. Ветер шепчет слухи о несчастном рейде — а кто знает, может быть, именно здесь все и начинается......
Есть отличные комнаты на втором этаже с балконами. Может быть, господа пожелают люкс? В ванны подается морская вода…
— Нет, месье, люкс не потребуется. Нас вполне устроят комнаты на втором этаже.
— Как угодно господам.
Охранники стали неприметно подтягиваться к столику, где сидели трое туристов, пожелавшие снять комнаты в отеле.
— Осторожно, нас, кажется, основательно берут на прицел, — тихо сказал Эльвенгрен и громко добавил: — Вид здесь очаровательный. Мы удачно придумали сделать остановку. Ездить на машине без отдыха по такому пеклу…
— Конечно, удачная мысль, — нарочито оживленным голосом поддержал Волошин.
Компания иностранцев за соседним столиком тоже пила вино и громко болтала. Но на них охрана явно не обращала никакого внимания. Молчаливые фигуры в серых костюмах медленно стягивались к столику, где сидели трое, прибывшие на черном «рошэ»."
"— О, господа, — вывернулся из-за портьеры гибкий кельнер. — Администрация отеля приносит глубочайшие извинения. К сожалению, портье невольно ввёл вас в заблуждение.
— Не надо, — буркнул Волошин и покосился по сторонам.
Агенты охраны полукольцом охватили столик, где сидели трое, и выжидательно застыли в напускном безразличии.
Большая черная машина стремительно вывернулась из-за поворота, прошуршала резиной по асфальту и замерла у подъезда «Меритимэ». Из дверей тотчас же выскочили швейцар и ещё двое, многозначительно придерживающие на бегу карманы.
Шофер открыл дверь, и знакомый Эльвенгрену по многим фотографиям человек в скромном костюме и фетровой шляпе стал подниматься по ступеням подъезда.
— Чичерин! — яростным шепотом сказал Эльвенгрен. — Это же комиссар Чичерин!
Рука штаб-ротмистра скользнула под пиджак и нащупала сталь тяжелого пистолета.
— Вы с ума сошли, Эльвенгрен! — хриплым выкриком, округлив глаза, удержал штаб-ротмистра генерал Волошин. — Ни в коем случае!.
Народный комиссар по иностранным делам уже поднялся по ступенькам и теперь шел к распахнутой двери отеля. Эльвенгрену была хорошо видна открытая спина Чичерина. Был удобный случай выхватить пистолет и разрядить обойму в большевистского комиссара, который ушёл от него в Берлине и через несколько секунд скроется в парадных, отделанных бронзой дверях отеля «Меритимэ».
Вяземский, посерев лицом, вскинул в протестующем жесте склеротические ладони.
