В тихом переулке Тиходонск, 7 февраля 1997 года — температура минус 12°C. Жизнь жутко сжимает горло, будто смерть сама собой. Вытертые ботинки и облезшая шапка не могут защитить от холода, чувствуешь себя ошпаренным всем миром в этот тихий вечер.
Крепко прижав кейс к туловищу, Макс прошел в спальню, засунул чемоданчик под кровать, лег и мгновенно уснул.
В кухне и гостиной остался гореть свет.
Два освещенных окна на темном фасаде были видны издалека. С проспекта Вернадского они казались огнями маяка, притягивающими усталых путников.
От «Юго-Западной» по трассе, разбрасывая по сторонам грязный снег, несся джип, отставая на сотню метров, как привязанная, держалась за ним черная «Волга».
– Как думаешь, они не разыгрывают комедию специально для нас? – спросил сидящий за рулем Тимохин.
– Непохоже. Зачем им нужна такая колготня? Отшили бы нас – и дело с концом.
– Вообще-то верно.
– Никто нас не отошьет, – подал голос сзади Степан. – Если что, мы их всех сделаем! И этих двух быков, и их хозяина, да и остальных в случае чего... Только скажите...
Сидящий в джипе Бачурин как будто ощутил всплеск угрожающей энергии.
«Где они взяли таких зверей? – ни с того ни с сего подумал он про привезенных тиходонцами бойцов. – С ними могут возникнуть проблемы... Не хочется класть людей... Придется считаться с ними, если не дойдет до крайности. Ну а там – как выйдет...»
Дьявольски хотелось спать. Приехать в «Консорциум», доложиться шефу – и на койку в гостевой комнате часа на два-три... А справа сейчас будет дом Карданова... Бачурин повернул голову и наткнулся на горящие окна.
– Ну-ка сворачивай, – скомандовал он водителю. Две туши на заднем сиденье недовольно зашевелились. Они и так рыскали по Москве всю ночь, кому-то звонили, поднимали из постели недовольных людей, задавали однообразные вопросы, на которые получали невразумительные ответы.
Джип сделал правый поворот, за ним последовала «Волга» с тиходонцами, добросовестно работавшими в связке с московскими коллегами.
Глава шестая
ОСНОВНОЙ УРОВЕНЬ. ПРОДОЛЖЕНИЕ
Москва, 5 июня 1991 года, 15 часов, Центральный Комитет КПСС.
Макс никогда не думал, что будет ожидать аудиенции у Генерального секретаря ЦК.
