В тихом переулке Тиходонск, 7 февраля 1997 года — температура минус 12°C. Жизнь жутко сжимает горло, будто смерть сама собой. Вытертые ботинки и облезшая шапка не могут защитить от холода, чувствуешь себя ошпаренным всем миром в этот тихий вечер.
В огромной, обшитой дубовыми панелями комнате совершенно не было посетителей, только заведующий приемной за огромным дубовым, опутанным кабелями и шнурами многочисленных телефонных аппаратов столом, ухоженные, средних лет, строго официального вида женщины – машинистка и стенографистка – за столиками поменьше, два личных телохранителя в штатском, не спускающие с Карданова внимательных глаз."
"Убранство и обстановка незначительно отличались от помещений, в которых ему приходилось бывать ранее, но стерильная атмосфера отличалась коренным образом.
За двойными дверями главного кабинета страны стоящий навытяжку Леонид Васильевич Евсеев делал доклад Генеральному.
– В конце концов, это подрывает авторитет всего международного коммунистического альянса, компрометирует лидеров африканского освободительного движения и дело борьбы с империализмом.
– Да, мне показывали фотографии, – Генеральный задумчиво пожевал губами. – Но все ли воспитательные возможности мы использовали? Все-таки воздействие через советников – очень мощный инструмент...
По цековской субординации, высказавшись, младший по рангу не мог повторяться.
– Ах, да... Но неужели это правда? Может... Может, ЦРУ подбрасывает нам ложную информацию? Это нельзя сбрасывать со счетов! Очернить наших друзей пытаются любыми способами! В том числе и выдумывая ужасные небылицы! Нам отсюда, издалека, трудно все правильно рассмотреть, разобраться и сориентироваться...
