Арлиса взмокла и напугана, каждый рывок волн означает битву за жизнь. В свете мгла и полуденное солнце создают непостижимое мерцание над головой и на поверхности воды. А рядом — еще одна громадная волна, готовая унести ее обратно к тьме глубин.
И разве я сама готова полностью вручить ему свое сердце? Чего тогда от него жду? Время покажет, во что выльются наши отношения.
А вот про владелицу вещей я все-таки выясню. Пусть не у Рейна, так у команды. Да хоть у того же кока, ведь провожу много времени на камбузе, найду повод завести разговор. Мне необходимо знать правду. И получить подтверждение, что в тех отношениях действительно все в прошлом. Иначе не смогу быть с Рейном. Просто не смогу.
Придя к такому решению, я успокоилась и обрела душевное равновесие, окончательно расслабившись в таких сильных и надежных объятиях.
Капитан не выпускал меня до самого берега. А там взял на руки, чтобы не замочила ноги, и донес до ближайших деревьев в тень. Местные жители стали помогать выгружать дары. Было видно, что они знакомы с прибывшими пиратами и ни капли их не боятся.
– Вы всегда столько привозите или это из-за того, что мы приплыли по делу? – стало любопытно мне.
– Не в моих правилах приезжать с пустыми руками. А сегодня да, ты права. Сама посуди, с просьбой лучше обращаться после того, как вручишь дары.
На мой вопросительный взгляд он лишь беспечно улыбнулся.
Остров и правда оказался зеленым. Очень зеленым, с многочисленными ручьями и озерцами с пресной водой.
Мы продвигались вглубь острова на местных лошадях. Я впервые видела таких: небольшие, но очень крепкие, с короткими гривами и забавной пестрой масти. Наш жеребец легко вез меня и Рейна.
– Не видела раньше таких, – проговорила тихо.
– Разерта приложила руку к их появлению. Говорят, с помощью магии скрещивала разные виды. Эти лошадки отлично плавают, могут много дней обходиться без воды, едят все подряд.
– Зачем такие лошади на мирном острове?
– Разерта загадочная личность, – уклончиво сказал Рейн.
А я заподозрила, что он и сам не знает ответа. Ну сотворила и сотворила. Она же наполовину эльф, наполовину наяда. И те и другие с животными легко находят общий язык, как и с природой.
Тропинка, по которой мы ехали, едва угадывалась, но не пропадала. Я вертела головой, все больше округляя глаза. Зверей и птиц здесь было так много, что отовсюду доносились шорохи, писки, шуршание. Птицы точно соревновались, кто громче споет. Даже в ушах слегка зазвенело.
– Странно, – прошептала себе под нос.
Рейн услышал и чуть сильнее сжал руку на моей талии, как бы подбадривая продолжать.
– Я что-то чувствую, – проговорила осторожно.
