Старуха с округлым щеками и темным цветом кожи, словно медная тарелка, наблюдала за дробящимся перевернутым месяцем. Джунгли готовились к проливному дождю, создавая мистический хор из визгов обезьян, треска водопадов и чудесных птиц. Мгла накрывает океанские пространства, а звезды мерцают на темном свете луны....
Да не друзья они мне, а так – случайные знакомые. Имени моего завтра не вспомнят.
Ксавье ненадолго сменил тему. Они поговорили о движении хиппи, об американском писателе, психологе Тимоти Лири, о том, что каждый человек может научиться разговаривать на языке Бога, о нездоровом современном обществе, которое смотрит на мир словно через плотное покрывало, нарочно замусоривает свое восприятие условностями. София была удивлена – давно ей не встречался человек, так похожий на нее.
– Мы с тобой как близнецы, разлучённые в детстве.
– Есть такое. Мы с тобой одной крови, ты и я, – пошутил мужчина. – Но знаешь, есть и другие. Такие же, как мы. Хочешь, я тебя с ними познакомлю?
– Конечно! – легко согласилась она. – Я очень люблю знакомиться. Это твои друзья? Они тоже приехали на фестиваль?
– Нет, музыку из нашей компании люблю только я. Мои друзья предпочитают уединение. Вообще-то мы живем не на этом острове, тут слишком шумно… Хочешь, отвезу тебя к моим?
– А на чем мы поедем? – заинтересовалась она.
"И Ксавье ответил, что до места они доберутся на катере, принадлежащем его другу.
София всегда любила приключения. Смело ввязывалась в любые авантюры, наивно считая, что ее любовь к миру и людям – лучшая защита от чужой агрессии и подлости. Она легко сходилась с людьми, могла отправиться в гости к первому встречному, часто вела себя неосторожно, но ни разу в жизни не попадала в неприятности. Может быть, в этом ей помогала любовь Фортуны, но София считала это закономерностью, естественным следствием ее легкости и вечного предвкушения счастья.
Поэтому она подхватила свою тряпичную сумку, купила в дорогу пару бутылок простой воды и позволила Ксавье отвезти себя на дальний пустынный причал, где они действительно нашли небольшой катерок, в котором подремывал друг Ксавье.
Уже занимался рассвет.
Ксавье поддержал ее за локоть, когда она усаживалась в катер, заботливо укрыл ее плечи рыбацким брезентовым плащом. Катерок устремился вдаль, и София перебралась на корму – уселась по-турецки и жмурилась от счастья, точно довольная сытая кошка.
Мотор сильно шумел, так что в дороге они не разговаривали. Но в какой-то момент друг Ксавье остановил катер посреди океана и долил в бак бензина из припасенной канистры. Кажется, именно тогда она впервые ощутила небольшой укол волнения.
Время София не засекала, но ей показалось, что их путешествие длится намного дольше запланированных полутора часов.
