В роскошном саду раздается веселый смех девочек. Я забыла про экзамен и укрылась в тихой беседке. Но мое отсутствие заметили — теперь передо мной стоит выбор: пересдача или еще хуже. В воздухе кипит напряжение, а атмосфера ставится на волосок между шумным весельем и неудачей....
А потом остались только любовь и тревога за него.
«Только вернись, и я сама тебе голову оторву». – Робин не мог слышать ее мысли так же явно, как чувства, но эту услышал, и своеобразное напутствие обрадовало его.
Нет, Мелани похитили, это ясно как день. Но кто и зачем? И где она сейчас? Император бы положился на чутье Эрвина, дракон найдет свою истинную хоть на другом краю всех обитаемых миров. Но…
«Я ее не слышу!»
Самое очевидное объяснение – слышать уже некого. Но в это нельзя верить. Он не сможет найти Мелани, если не совладает с драконом, готовым выместить горе и гнев на любом, кто не успеет увернуться.
Император поморщился, когда тела коснулись заклинания.
– Гримани допросил баронессу Рейнер? – спросил он целителя. – И почему до сих пор за ним не послали?
– Господин Гримани сильно пострадал в битве.
Только этого не хватало! Мейер хорош в своем деле, но он – охранник, а не сыщик.
– …его жизнь вне опасности, но, будучи без сознания, он ничем вам не поможет.
– Что говорит сама баронесса? Как она разбила голову?
Робин забрал у вошедшего слуги одежду и жестом отослал его.
– Ничего. Мы залечили перелом черепа и ушиб мозга, но она ничего не помнит. Так бывает после травмы головы…
– Или после ментальной магии, – заметил император.
Целитель снова переменился в лице.
– Эта очевидная мысль не пришла вам в голову? – усмехнулся император. – Кто-то призвал тварей. Кто-то пронес во дворец мертвый пепел и пыль ходячих. Если во дворце разгуливал некромант – и я спущу с Гримани и Мейера шкуру за то, что его упустили, – он вполне мог подчинить сознание баронессы.
"– Мы не можем это проверить, – покачал головой Лантер. – Ментальное воздействие не оставляет следов.
«Я могу это проверить, – рыкнул Эрвин. – Потом, когда найдем Мелани».
– Баронессы Рейнер или баронессы Асторга? – задумчиво произнесла императрица. – Люди могли заметить, что тебя заинтересовала эта девушка. И попытаться подобраться к тебе через нее.
– В это я готов поверить, – сказал целитель. – Подчинять баронессу Рейнер было вовсе незачем.
– А зачем она вместо убежища оказалась у лазарета? Кому предназначался мертвый пепел? Зачем понадобилась пыль ходячих – понятно, чтобы отвлечь вас от баронессы Асторга. А мертвый пепел – чтобы она не смогла сопротивляться.
«Но тогда я бы ее слышал! А я не слышу!» – снова взвыл Эрвин.
Робин тряхнул головой. Эти перепады от надежды к отчаянию кого угодно с ума сведут.
– Господин, Лантер, оставьте нас, – велела императрица.
Робин знал этот тон.
