Несмотря ни на что, Ксанка боролась за свою жизнь в шумной клинике для неудачниц. Громкие голоса и смех постоянно напоминали ей о своей нервной уязвимости. Ее каждый день – настоящая битва, где каждое слово и действие можно истолковать как признак ее неудачности.
Нольд не растаял, не проникся, не пал к моим ногам перезрелой грушей, наоборот быстро подошёл к моему столику и, склонившись, надо мной процедил сквозь зубы:
— Это был мой пирог.
— А теперь мой, — откусила еще кусок и счастливо вздохнула.
Воздух вокруг меня накалился и даже начал потрескивать. Я ощутила, как нагревается вилочка в моих руках.
— Не кипятись. Там еще целая половина осталась.
— Я хотел целый. Я всегда беру целый, — он продолжал надо мной нависать, как разящий меч правосудия. Приходилось смотреть на него снизу вверх, и от этого затекала шея.
— Целый? Ты же треснешь. Как мы тогда будем сражаться за милейшего жениха? — иронию я все-таки не сумела сдержать.
Карие глаза сердито прищурились. Зачем я его довожу? Он и так не сильно меня жалует. Я у него вечно как бельмо на глазу. То икаю, портя торжественность момента, то объедаю бедолагу.
— Это был мой пирог!
Вот привязался. Заладил: мой, да мой. А вот теперь мой! И что? Если вздумает силой отбирать — буду сопротивляться.
Шея затекла еще больше, и вообще эта демонстрация превосходства начала раздражать. Поэтому я встала, и тут же выяснилось, что мой рост лишь немногим уступает его. Нольд нахмурился и зачем-то смерил меня взглядом от макушки до кончиков ботиночек. Ну да, не лилипутка, и что? Привык на всех свысока смотреть? Со мной такой фокус точно не пройдет.
Жених тоже это понял. Плечи расправил, выпрямился, ладно хоть на цыпочки не встал, а мне опять стало смешно.
— Ладно. С тобой было весело, но мне пора. Встретимся на отборе, — как ни в чем не бывало прихватила коробку с пирогом, обошла парня, от которого жар во все стороны валил и, помахав на прощание бледному как простыня пекарю, вышла из кафе.
Хорошо-то как! День удался.
После сытного и вкусного перекуса гулять мне больше не хотелось, смотреть город тоже, поэтому я решила возвращаться в замок наместника.
Тут-то меня и настигло грозное:
— А ну-ка стоять!
От неожиданности аж подпрыгнула на месте, едва не выронила коробку из рук, и втянув голову в плечи, медленно обернулась. Меня нагонял жених. Очень сердитый жених.
