Автор
Ночью, холод и пустынным лесом заволокло темными тенями. Жуткая интрига разворачивается в свете оранжевого светильника, который пробивает сквозь приоткрытую дверь. В кромешной тиши я замечаю детский силуэт, и этот знакомый образ будоррезит мой сон, заставляя меня резко вскакивать на кровать, ощущая себя центром загадочной истории....
Наверное, накладывается еще общее какое-то предпростудное состояние.
Мне жарко, страшно, я вся мокрая. Ощущение, что под кожей разворошенный муравейник.
Провалившись в сон, я вижу падение Маши, а вынырнув из липкого кошмара с колотящимся сердцем и немым криком, застывшим в горле, вспоминаю, как Тима взмахивает ручками и…
Это ненормально. Может, мне тоже к специалисту надо. Несколько лет прошло, а эта трагедия все равно выбивает меня из жизни. Не выдержав, я встаю и принимаю снотворное, но только хуже делаю, теперь я не могу вырваться из плохого сна.
– Тише… Варя, тише, детей разбудишь, – как сквозь толщу воды до меня доносится встревоженный голос. – Что ж ты так кричишь?
Я? Кричу?
Горло саднит, хотя мне кажется, будто я не могу разлепить пересохшие губы.
– Пить хочешь? Температуры нет, – бормотание меня успокаивает. – Чего тебя так трясет-то?
А… это кто-то сам с собой разговаривает. Как я хочу спать. Пусть бубнит, мне не мешает… Могу даже подвинуться.
Только майку снять надо. Она противно липнет к телу, создавая ощущение, что я вязну в болоте.
– Варь, ты что творишь… Блядь, Варь!
– Спи, – хрипло шепчу я, не пытаясь даже приоткрыть глаза.
Ресницы склеились, наверно от слез.
– Да как спать? Варя, с тобой все в порядке?
– Спи, – настаиваю я, отталкивая горячие руки, от которых становится еще жарче.
Я чувствую, что сейчас будет хороший сон, если мне наконец дадут поспать.
И отползаю в сторону, освобождая место для этого беспокойного человека.
– Черт, Варвара! – меня пытаются укрыть простыней, которую я тоже отпихиваю. Жарко же. Душно. – Прикройся хотя бы."
"– Отстань, – уже ругаюсь я, ощущая, что еще немного и драгоценный сон от меня ускользнет. – Или спи, или уходи.
Пауза. Бузотер, достающий меня, замирает.
– Да хрена с два я уйду!
Глава 24
Боже… Никогда больше не буду пить снотворное.
Не зря я его не люблю.
Всю ночь снилась какая-то чертовщина, голова до сих пор тяжелая, глаза не открываются, веки будто из чугуна отлиты.
Правда, обычно я и после пятого еле встаю, хотя здесь, в доме, дела обстоят немного лучше, но не сегодня.
Напрасно я оставила волосы распущенными, голову тянет. Массирую виски, и у меня вырывается стон блаженства.
– Еще минутку, и я весь твой, – сонное бормотание слева повергает меня в шок.
