В тихой больничной палате на севере Москвы, окна проникают шум улицы и ветра. Листва трепещет под ветром, а звуки автомобиля доносятся сквозь старое деревянное окно. Вопреки медицинскому статусу, я пытаюсь восстановить память — где я и что со мной случилось в этом хмарьевом помещении....
Мне в ближайшее время предстоит много двигаться по городу и, возможно, за его пределами. Возможно, придется понаблюдать за кем-нибудь. Сделать это на своих двоих и на общественном транспорте будет весьма затруднительно. А если у объекта наблюдения есть машина или он сядет в такси, то вообще невозможно.
В СССР права можно получить с шестнадцати лет, а потом просто нужно, чтобы до 18 лет во время управления автомобилем в салоне находился взрослый человек с правами. Но это условие можно и обойти.
Никаких прав у меня тогда не было, и я ездил на свой страх и риск. За несколько лет таких вояжей я ни разу не попался ГАИ. Мои тогдашние приятели тоже могли кататься на родительских машинах, и, как правило, все удачно сходило им с рук. Правами я и сейчас, к сожалению, не озаботился. Думал позже этим заняться, да как-то пока руки не дошли.
"Можно, конечно, купить себе мопед, на него прав вообще не нужно. Сейчас пока еще тепло, и я могу раскатывать по своим надобностям на нем. Держать его можно у Славки в гараже, я думаю, что его отец будет не против. И по деньгам не особо накладно выйдет. Та же «Верховина-6» сейчас стоит всего 226 рублей, я еще весной интересовался. Думал, может, купить его себе, погонять на лето, да как-то тоже не сложилось. А с другой стороны, тарахтеть на мопеде по моим деликатным делам — не очень здорово.
После отдыха на море у меня остается еще чуть больше тысячи рублей с моих призовых и выигрышей на тотализаторе. Хорошо еще, что я не все деньги поставил на свой бой с Ледоколом. С одной стороны, тысяча рублей — деньги не малые, а с другой, тут только начни, они сразу разлетятся и не заметишь.
За этими мыслями я и не заметил, как доехал до нужной остановки. Оттуда до дома Тимы пять минут быстрым шагом.
