В тихой больничной палате на севере Москвы, окна проникают шум улицы и ветра. Листва трепещет под ветром, а звуки автомобиля доносятся сквозь старое деревянное окно. Вопреки медицинскому статусу, я пытаюсь восстановить память — где я и что со мной случилось в этом хмарьевом помещении....
* * *Ещё по дороге из Анапы у меня появилась идея, как можно попытаться найти Абрамыча. Тима как-то говорил мне, что мой второй противник, Паша Евдокимов, или Лесоруб, хороший боксер и тренируется в боксерском зале на спартаковском стадионе. Поэтому сегодняшним вечером я стою около боксерского зала на стадионе «Спартак» и внимательно окидываю взглядом входящих туда ребят. Надеюсь, Лесоруб не затаил на меня обиду за свое поражение. Бились мы с ним хоть и жестко, но без подлянок, и выиграл я у него честно.
Мимо меня проходили парни со спортивными сумками, поодиночке и небольшими группами. Они окидывали меня заинтересованными взглядами и, не узнавая, проходили мимо. Приближалось время начала тренировки, а Паша все не появлялся.
Лесоруба я узнал издали. Он шел пружинистой походкой от ворот стадиона к залу с большой спортивной сумкой на плече. Я двинулся к нему навстречу.
— Привет, Паша! — Я, широко улыбаясь, протянул ему руку.
— Здорово, Отморозок! — Паша Евдокимов улыбнулся в ответ и крепко пожал мою руку.
— Да, было немного, — с досадой поморщился я. — Но сейчас уже все в порядке. Видишь, бегаю, как новенький."
"— После твоего крайнего боя с Ледоколом все, кто в курсе, на ушах стояли. Народ хочет видеть своего героя еще и еще. Я сам, признаться, не ожидал, что ты вытянешь тот бой. Очень запоминающееся зрелище тогда получилось. Будешь на следующем турнире выступать?
— Я пока завязал с выступлениями, — с сожалением покачал головой я.
— Обидно, если так, — кивнул Евдокимов. — Абрамыч расстроится, у него на тебя вроде большие планы были.
— Да, кстати, об Абрамыче — я перешел к основной цели своего визита. — Я чего к тебе зашел-то? Мне бы с ним потолковать, вот только где найти его, не знаю. Раньше с ним Тима в основном общался, а теперь он куда-то пропал.
— Так ты к Абрамычу в наш драматический театр зайди, он почти всегда там днем ошивается.
— В театр? — удивился я. — А он что, в театре артистом работает?
— Нет, сторожем — совершенно серьезно сказал Лесоруб.
— Сторожем? — еще больше удивился я.
— Да, шучу я. Он там играет. В основном второстепенные роли, но играет. — Лесоруб увидел мой недоуменный взгляд и рассмеялся. А потом удивился моей неосведомленности.
