В Отомщенный любовнике Дж. Р. Уорд создает острые дебаты о героях и злодеях в мире романа, где добродетель часто скрывает своё истинное лицо, а зло порой прячется за маской честности. Страстные взаимоотношения и сложная логика привлекают к себе внимание, создавая драматическую атмосферу с элементами мрачной философии....
Губы Ривенджа изогнулись в улыбке, когда он потянулся к первой пуговице.
– Продолжишь в этом духе, и я останусь совсем голый.
Элена быстро отвела взгляд, чертовски жалея, что не находит мужчину отвратительным. Она могла бы использовать инъекцию праведного гнева, чтобы охладить его пыл.
– Знаешь, я не стеснительный, – сказал он своим низким голосом. – Можешь смотреть, если нравится.
– Нет, спасибо.
– Жаль. – А потом добавил порочным тоном. – Я не против, чтобы ты смотрела на меня.
Когда от стола для осмотра донесся шорох шелка по коже, Элена занялась просмотром карты, перепроверяя и без того точные факты.
Так странно. Она не слышала от других медсестер, чтобы он вел себя как повеса. На самом деле, он почти не разговаривал с ее коллегами, отчасти, именно по этой причине они так нервничали рядом с ним. С таким огромным мужчиной молчание означает угрозу. Правда жизни. И это не принимая в расчет татуировки и ирокез.
– Я готов, – сказал он.
Развернувшись, Элена приклеилась взглядом к стене за его головой.
На его животе.
Не то, чтобы она смотрела.
Верно, потому что по факту она таращилась на него.
– Ты осмотришь мою руку? – тихо спросил он.
– Нет, этим займется доктор. – Она ждала, что парень снова ответит «жаль».
– Думаю, с тобой я уже достаточно использовал это слово.
Сейчас ее глаза встретились с его. Чтение мыслей – редкое явление среди вампиров, но почему-то Элена совсем не удивилась тому, что этот мужчина входил в малочисленную, редкую группу.
– Не будьте грубым, – сказала она. – И я не хочу, чтобы такое повторилось снова.
– Прости."
"Элена обернула манжету вокруг его бицепса, вставила черные трубки стетоскопа в уши, и принялась измерять давление.
Но, это ее не касается, не так ли?
Она отпустила баллон, и манжетка издала длинный, медленный свист облегчения. Элена отступила назад от мужчины. Просто его было… слишком много, повсюду. Особенно сейчас.
