– Ну так что ж ты? Ведь все же знаешь! Неужели непонятно, что Корней тебя ничего не лишил? Наоборот, он тебя над другими отроками поднял! Не нужно тебе никакого старшинства, с этим и другие справятся, а твоя стезя выше – ими повелевать! Нет… но как сказано! В поражении, скудости и отчаянии сумей соблюсти достоинство! Все! Мне тебе больше объяснять нечего! Иди, боярич Михаил, и исполняй свое предназначение, а о старшине Младшей стражи забудь – кончились детские игрушки!
Выйдя на крыльцо, Мишка невидящими глазами уставился на хуторской двор.
– Минька! – голос Демьяна прервал Мишкины размышления. – Тебя Илья обыскался, на-ка вот, держи, он передать велел! – Демка сунул Мишке пару новых сапог. – Давай, переобувайся и к котлу шагай, скоро завтракать будем.
Мишка направился было к месту ночевки пятого десятка, но рваный сапог стал так раздражать, что он не утерпел и повернул к колоде для колки дров, на которую можно было удобно сесть. Откуда-то, как всегда неожиданно (просто талант какой-то!), вывернулся Варлам.
– Вы где болтаетесь?! Почему ушли без спросу?
– Ну-ка, глянь сюда! – Мишка выставил вперед ногу в рваном, обмотанном веревкой сапоге. – Какой ты, на хрен, урядник, если у тебя подчиненные разутыми ходят?
– Молчать! – Мишка толкнул Варлама к колоде, уселся на нее и, подняв ногу, приказал: – Стаскивай сапог!
– Я тебе не челядин, разувать те…
Демкина затрещина прервала Варлама на полуслове.
– Ты робичич! – Демьян выпростал из-за пояса кистень. – Ну!!!
Варлам затравленно огляделся, но помощи ждать было не от кого – народу во дворе хватало, но все были заняты своими делами, только несколько обозников с любопытством наблюдали за разыгрывающейся сценой. Демьян, покачивая кистенем в правой руке, левой пихнул Варлама в бок.
– Делай, что велено! Шевелись, бояричу некогда!
– Я вам не… – Взгляд Варлама метнулся Мишке за спину, и голос его мгновенно окреп. – Господин старшина, скажи им! Я урядник, а не…
– А кто тебя урядником поставил? – донесся из-за Мишкиной спины голос Дмитрия. – Я не ставил, господин сотник не утверждал. Так кто?
Варлам уже поднял было руку, чтобы указать на Мишку, но тут до него, видимо, дошел весь идиотизм его положения. Жест так и остался незавершенным, а Демьян, тут же вклинившись в паузу, произнес угрожающим тоном:
– Бояричу Михаилу Фролычу было угодно поставить тебя на десяток, и он тебя поставил. А сейчас бояричу угодно, чтобы ты помог ему разуться! Ну! Нам долго ждать?!
Варлам, скрывая злые слезы, низко наклонил голову и ухватился обеими руками за Мишкин сапог. С левой ноги обувь слезла легко, а с правой не получилось – мешала веревка, которой была подвязана подметка. Варлам попытался развязать ее, но узел затянулся туго.
– Зубами! – напористо приказал Демьян.