Война унесла свои черные вихри. В июле 1945 года станция Тусковец издали показалась обычной — до тех пор пока не заговорил голос на языке, который здесь слышали редко. Здесь шумела жизнь военных, но теперь это был мир, его еще только начинали понимать люди после долгих лет драмы и чудовищных битв....
– Ладно, подробную мотивацию – вашу и гражданки Полищук – мы выясним позднее, – вмешался Алексей. – Зачем был убит капитан Рыков? Надо ли резать курицу, несущую золотые яйца?
– Он начал подозревать Раю, присматривался к ней. Ему показалась странной пропажа нескольких коробок хлороформа и обезболивающих препаратов, которые предстояло передать в лес. Рая занималась получением этих лекарств.
– Зачем вам понадобились интимные отношения с офицером СМЕРШа? – спросил Березин.
Девушка вздрогнула, ее плечи как-то искривились.
– Его не получилось устранить. Нужно было как-то отвлечь, усыпить бдительность. Он не должен был даже мысли допустить о моей причастности, исключить библиотеку.
– Клавдия Алексеевна, вы понимаете, что вас расстреляют?
Девушка вздрогнула. Пальцы, лежащие на коленях, впились в кожу.
– Но мы можем добиться смягчения вашей участи. Если поможете следствию, вам дадут десять – двенадцать лет. Вы освободитесь еще молодой, сумеете наладить свою жизнь. О реакции ваших единомышленников можете не волноваться.
Она молчала около минуты, потом спросила:
– Что я должна сделать?
– Вы должны нам помочь найти схрон Нестора Бабулы.
– Но я не знаю, где его схрон. Это в Хованском лесу. Я даже примерно не представляю…
Алексей лихорадочно размышлял. Подземный лаз контролируется, но кто в него теперь придет? Гараж накрыли, хату на Северной улице тоже. Нема дурных в Хованском лесу!
– Что вы знаете?
– Я знаю только тайник для связи под Задворней.
– Как все запутано, – прошептал Березин.
– Вам случалось писать послания?
– Да."
"– Отлично. То есть ваш почерк знают.
