Выйдя на балкон, автор обнаруживает мир за окном каким-то знакомым и знакомым. Мрачные предгорья соседствуют с бескрайним морем в стальных тоннелях. Кругом — ностальгическая усталость времени. Заказав себе бокал, он уже чувствует себя дома в этом неспешном весенне-утреннем ритме....
Не отпуская его головы, она присела перед ним и, заглядывая в его глаза, сказала:
— Я Светке приказала к нам никого не пускать. Пойдем, родной.
Незаметная, почти тайная дверь в цвет стен вела в так называемую комнату отдыха. Они, стараясь не отделяться друг от друга, прошли в нее. Там царила огромная кровать. Галя ласково освободилась от его рук только для того, чтобы через голову стянуть свитер и, расстегнув, уронить на пол широкую юбку. Он снимал пиджак, рвал на шее галстук…
…Они лежали, отдыхая, на свежих крахмальных, но уже сильно помятых простынях.
— Я закурю?
Все-то у нее было на месте. Пачка «Парламента» и зажигалка находились под рукой: лежали на бронзовом столике торшера, стоявшего в изголовье тахты. Галя закурила, и с первой затяжкой пришла мысль:
— Кира, а что, если мы устроим у нас Данину выставку?
— Все на продажу? — вдруг разгневался Кирилл.
— Ты меня не понял. Просто мемориальная экспозиция…
— И назовем: ""Выставка работ безвременно погибшего убийцы""! — яростно продолжил он.
5
Конечно же, ни в какой клуб Константин не поехал. Позвонил и сослался на всякие непредвиденные обстоятельства, которых в таких случаях бывает неправдоподобно много.
— Что с тобой?
— Да ничего! — откликнулся он и энергично, показывая, в какой он замечательной форме, лихо закинул ногу на ногу. И, естественно, носком ботинка задел столешницу низкого столика. Все задребезжало, но ничего не разбилось.
