Выйдя на балкон, автор обнаруживает мир за окном каким-то знакомым и знакомым. Мрачные предгорья соседствуют с бескрайним морем в стальных тоннелях. Кругом — ностальгическая усталость времени. Заказав себе бокал, он уже чувствует себя дома в этом неспешном весенне-утреннем ритме....
— Не надо так, — попросила Даша.
— Что это ты так строга! А когда Анна повторит мои слова, будешь согласно кивать головой и улыбаться?
— Она будет говорить то, да не так, — убежденно сказала Даша.
""Форд"" у Сухаревской площади сделал левый поворот на Садовое, а потом направо — на проспект Сахарова. На Садовом Даша с улыбкой вспомнила:
— А я в прошлом году, задумавшись, вслед за троллейбусом прямо на одностороннюю Сретенку выскочила. И ничего! Ни гаишника, ни свистка. Спокойно свернула в Последний переулок, и с концами.
— Ты — везучая, — успокоил он.
— А если бы лихой нувориш какой-нибудь выскакивает на ""гранд чероки"" прямо из-за троллейбуса и налево, на мою полосу? Что было бы со мной?
— Уже ничего не было бы, — согласился Константин. — И тебя тоже.
— Веселую же байку я тебе рассказала! — усмехнулась Даша.
— Осмотрительнее будь, дамочка, — посоветовал он. — Во всем.
Свернули на Бульварное. После Трубной стали спотыкаться на перекрестках.
Короткий и тихий переулок был забит иномарками, исключительно иномарками. «Мерседесы», ""паккарды"", «ауди», ""опели"", «форды», ""вольво"", «тойоты», ""мицубиси"", «хундаи» стояли на проезжей части с двух сторон, нахально громоздились на тротуарах, бесцеремонно устроились на стоянку в соседних малых дворах. Константин дважды прокатился по переулку, но места «форду» не нашел и припарковался в соседнем.
— Ну шагай, — предложил он Даше. — А я пойду погуляю. Думаю, ваше совещание на час-полтора, если водку трескать не начнете. Но в любом случае в половине третьего подойди к машине.
Она сидела, думала. Вдруг попросила:
— Костя, пойдем со мной, а?
— Не хочется чевой-то, — честно признался он. Но без категоричности.
— Пойдем! Пойдем! — Она, в предчувствии победы, уже теребила его за рукав.
— Пойдем! — залихватски решил он.
Вальяжный швейцар, открывая дверь, учтиво, но с достоинством сообщил:
— Вас ждут, Дарья Васильевна, — и вопросительно посмотрел на Константина.
Даша в последний миг удержалась, чтобы не произнести: ""Этот товарищ со мной"", холодно кивнула швейцару, взяла своего кавалера под руку и вместе с ним прошла к лифту. Швейцар уважительно смотрел им в спину.
Открыла дверь Сама. Ни здравствуй, ни прощай. Дала Даше поцеловать себя в щеку, одновременно внимательно разглядывая неизвестного ей Дашиного спутника.
