В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Сколько этих палочек нужно, чтобы обменять на них зиму? Это того стоит? Сходи к Целителям Душ. Помимо того, что это – слабость, такой примитивный способ личного самоубийства…
– Не порть момент, – огрызнулся Шрам. – Хочу курю – хочу не курю. Хочу – убиваю себя, не хочу – не убиваю…
– Легкие…
– Если я был бы здоров, разве торчал тут? Только и осталось удовольствий на этих сраных островах, что курить, да шлюхи изредка…
– Так и умрешь как-нибудь, на побережье в очередном борделе…
– И что? Не самая плохая смерть – на пике… – Шрам басовито заржал. – Удовольствие надо получать здесь и сейчас, и жить тоже…
Старик поднял глаза вверх и пробормотал что-то нелестное. Горн протрубил в третий раз. Стремительный звук взлетел в небеса.
– Ты не обо мне думай, моя жизнь кончена – все равно с Островов никуда…ты лучше о своем мальчонке думай… Если выживет, забьют ему голову – выбивать замучаешься…
– Не забьют, – пробормотал старик, прислушиваясь – горн стих. – Мальчик четвертого никому не верит до конца… Должно пройти много зим, прежде, чем он хоть что-то начнет принимать на веру…
– Они расскажут ему о величии, о силе, о том, что он – особенный, а вовсе не кусок мяса, – Шрам загибал пальцы, – взрастят гордыню, и потом – учить… тьфу… – он сплюнул.
– С гордыней я разберусь. Не допущу ошибок как с Четвертым, и… пусть сначала выживет.
– Кого из него решили растить?
Сейши пожал плечами.
– Нужно будет убирать лишнее милосердие, мальчик слишком мягок, из-за этого нерешительность – и тогда он будет терять время на принятие решений. Очень много тонкой работы… Чтобы не вышло, как с этими… их уже не исправить – возьми Восьмого ученика, Девятого или Одиннадцатого? Они получают удовольствием от насилия и крови, их нужно ограничивать, а не поощрять, – недовольно старик.
– А ты помнишь, как мы лепили «сумасшедшего» из номера два второго потока? – Шрам причмокнул губами. – Псих вышел что надо… Сколько он наводил ужас на западные спорные земли? Три зимы? Пока его не накрыли? Скольких он тогда перерезал?
– Две с половиной зимы, – поправил Сейши. – И не накрыли, а вопрос по «спорным землям» был решен – перешеек отошел клану, и фактор устрашения нужно было убирать… До сих пор считаю, что это откровенный расход материала…
Шрам фыркнул, с жадностью затягиваясь, и выпустил дым через ноздри.
– Не боишься, что «твоего» тоже в расход так же? Ты его учишь, учишь, учишь, десять зим, шесть… а потом тью…
– Уникальные камни в расход не пускают, если нет артефакта подходящего под размер… – качнул головой старик. – Моя задача сделать из Шестнадцатого «уникальный камень» и учесть ошибки, которые я допустил с Четвертым… – Сейши вздохнул.
