В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Попробуй подумать о благодарности, которую радивый ученик должен испытывать к учителю, который наставляет его…
Коста опустил ресницы – благодарности внутри не находилось, как и тепла, как и ничего прочего. Умом он понимал, что старик Сейши – лучшее, что ему повезло, что его вообще кто-то взял, но… эти игры его утомляли."
"– …ну же, – раздался голос над ухом. – Ты не покинешь кабинет, не закончив задание.
Коста подумал о Севере.
О бескрайних горах, покрытых голубоватым снегом, о высокогорных плато, сплошь усыпанных цветами весной, как ковром. О том, как пахнет ветер с побережья – льдом, солью и дымом. О том, как хорошо и свободно им было вместе – с мастером Хо, когда они уходили рисовать на несколько дней. О том, что отдал бы сейчас всё, чтобы услышать на ухо – грубое и привычное «щенок», о том, что мы никогда не ценим того, что у нас есть, и готовы отдать всё, что есть, только, когда теряем.
«Щенок».
Голос Мастера Хо прозвучал в голове отчетливо.
«Щенок, щенок, щенок».
И Коста открыл глаза.
Его взгляд, обращенный в зеркале к куратору, светился – непролитыми слезами благодарности, уважением, почитанием, заботой, непоколебимой верностью и готовностью следовать до самого конца. Готовностью следовать за учителем до смерти, до Грани и, если нужно будет и за Гранью. Следовать за тем, кто вырастил и воспитал его, кто кормил и учил, кто разделил свою жизнь с ним – целиком и полностью.
Светился искренней любовью к тому, на кого он смотрел.
Сейши подслеповато моргнул – раз, два, и не удержал лицо – Коста уловил недоумение, изумление, когда их глаза встретились в зеркале, пока старик снова не надел привычную маску – стеклышки очков сверкнули на свету, когда он отстранился.
– Кхе…кхе… хорошо… да, хорошо… читай… и следи за лицом.
Коста уткнулся в пергаменты, разворачивая первый свиток «Стратегис».
Может, он и не знает, как надо. Может и умеет не много. Но, если это – игра, то одно благодаря мастеру Хо он усвоил прекрасно.
В каждую игру можно играть вдвоем. Осталось только понять правила.
* * *Пятый поймал его на тропинке, когда он возвращался в дом, подкараулив около поворота, куда не долетал свет фонарей.
– Ну, ты подал прошение на «двойку»?
Коста кивнул. Ответный вздох, полный облегчения он скорее почувствовал, чем услышал. Тихая островная ночь была влажной – ни ветерка, воздух пряно пах цветами и нагретыми за день травами, пытка перед отражательным диском под названием «эмоциональный контроль» у Сейши закончилась, и Коста наконец мог немного расслабить напряженные мышцы. Но расслабился он рано.
Что-то острое ткнулось в спину между лопаток.
– Мне сняли браслеты. Подними руки. Разведи в стороны, чтобы я видел ладони. Не двигайся, я плохо контролирую силу, – извиняюще попросил Пятый, копируя интонации Шрама.
