Автор
В чередах бездонного мрака Яфегерд, царь Барбуссии, дрожит от неожиданной ярости. Колечко из золота и крохотных камешков ткнется в его ладонь с невыносимым желанием быть взятом. Он прячет руки за спину, глядя на огромного варвара Хугилая, который мирно расположился на жарком валуне, словно покойный бог. Какая магия держит жизнь в этих немеркнущих снах?...
. Ты ешь, ешь. Две тысячи лет, говоришь, не жрамши?..
Азазель усмехнулся, взял ломоть жареного мяса и жевал с прежним задумчивым видом, ничуть не похожий на человека, что не жрамши тыщи лет.
Мрак уточнил рассудительно:
– Значит, лежа там под камнем, как жаба под колесом, научился оставлять тело придавленным, а выползал муравьем?
Азазель покачал головой.
– Я бесплотным и был изначально, но, чтобы доказать Творцу, что Он ошибается, а вот мы, молодые и сильные, правы, облачились плотью и спустились к людям, чтобы показать, как надо.
Голос дрогнул, на лице проступила печаль, а Мрак досказал почти с сочувствием:
– …и натворили дел. Жаль, я думал, тоже так смогу, если что.
Азазель развел руками.
– Увы, ты связан с плотью крепче меня. Я тоже не могу в прежний облик, а он был, поверь, вовсе не муравьиный, но все же что-то удается, как заметила твоя ясноглазая умница.
Кузя застенчиво опустила веки с длинными густыми ресницами.
– Она у нас просто чудо, – гордо сказал Мрак.
Азазель ответил с тоской:
– Не знаю. Осмотрюсь. Все не так, как задумывалось… Теперь одни на небе, другие в аду, а я один на земле. Зачем?.. У Него всегда есть цель, только нам неведомая.
Он быстро кромсал ножом большой ломоть жареного мяса, забрасывал в рот, как в бездонную пропасть, а с последним отряхнул ладони и быстро поднялся, уже собранный, полностью восстановивший власть над телом.
Мрак и Кузя смотрели с ожиданием, он сказал коротко:
– Спасибо за угощение. У вас обоих непростая судьба. Помни, явлюсь сразу. Если не буду занят, конечно.
Он вскинул голову, глядя в небо, Мрак сказал быстро:
– А как ты… с такими крылами…
– Летаю? – договорил Азазель. – Это так, знак отличия. Полетать на таких не получится. Да и медленно. У серафимов вообще по шесть, вот уж уроды…
За его спиной красиво и мощно развернулись, как паруса, те же чудовищные крылья.
Через мгновение небо стало снова чистым и без единого облачка. Кузя, поглядывая на Мрака над краем чаши, старательно вылизывала остатки мороженого, на мордочке счастливое и мечтательное выражение.
Мрак вздохнул, тоже воздел себя на ноги.
– Пора.
