В Перегриме жалкие мученики пытаются выбраться из тюрьмы душ, где они заточены за бесчестие и грехи. Жаркий огонь внутреннего конфликта схватывает их насквозь, а болезненно-глубокое равновесие между жизнью и смертью становится критическим фактором для выживания.
Точность сразу повысилась. Краем глаза продолжал наблюдать за учебной атакой. Центурион еще разок прогнал велитов по «ворону», после чего приказал убрать ограждение с левой стороны и повторить маневр. На этот раз получилось быстро и хорошо.
— Вот видите, болваны, пока вам не подскажешь, как лучше, сами не додумаетесь! — обругал их Фест Икций, не уточнив, кто подсказал.
Два дня он следил за мной ненавязчиво, а на третий спросил:
— Пиратствовал раньше?
— Приходилось, — признался я.
— Я так и подумал, что ты не зря пошел служить на флот, в отличие от этих болванов! — произнес он, после чего перестал придираться к мне из-за всякой ерунды, как делал раньше, считая новичком, с которого надо драть три шкуры, чтобы скорее понял службу.
17
Югуртианской эту войну назвали в честь Югурты, царя Нумидии, расположенной в Северной Африке, на территориях будущих Туниса и Алжира. Он был незаконнорожденным сыном брата предыдущего царя. Как и положено бастарду, оказался чересчур пробивным, сумел втереться в доверие к римлянам, благодаря протекции которых получил треть Нумидии после смерти дяди, который еще по трети дал своим сыновьям.
«Стремительная» медленно движется вверх по течению реки Мутул.
