Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
Раздел Chitat.online для книги «Переводчик» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алексей Сергеевич Суконкин Литрпг подборки серии
Откровенная исповедь о войне и её воздействии на человека. Выпускник МГИМО Олег Нартов волею судьбы становится переводчиком в спецназе, где сталкивается со страхом, болью и лишениями. История о том, как война ломает личность и испытывает её на прочность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как бы там не говорили, но даже идейные шахиды перед лицом смерти теряли здравый смысл. Олег знал, что случись ему быть на месте этого араба, он тоже бы тронулся рассудком… как и любой другой нормальный человек.
Иванов скинул автомат с плеча и звонко передернул затворную раму.
— Скажи ему ""до свидания"", — усмехнулся ротный.
— До свидания, — перевел Олег.
Ротный выпустил половину магазина. Отвязанный от столба араб упал на землю и не шевелился. Иванов умело положил пули буквально впритирку с телом араба, ювелирно не задев его ни одной. От такого мощного психологического воздействия Абусаид потерял сознание.
— Тащите его в палатку… — распорядился Романов.
Когда араба волокли в палатку, Олег увидел, как с расположения десантных полков взлетел санитарный Ми-8.
Романов связался с радиоразведчиками и долго с ними переговаривался.
Откачивать араба не пришлось. Минут через десять он пришел в себя и начал выть. Его встряхнули, усадили на стул.
— Если хочешь остаться в живых, ты будешь делать то, что мы тебе прикажем! — Олег старался сохранить при переводе и интонацию Романова. Это у него получалось.
Иванов стволом автомата поддел араба под челюсть и приподнял голову:
— А ну, подними свое табло! И слушай, что тебе говорят…
Араб был сломлен окончательно. В душе у него была пустота. Пережить расстрел в трезвом рассудке ему не удалось…
Пришел начальник связи и принес радиостанции. Романов покрутил один ""кенвуд"" в руках. Передал радиостанцию Нартову:
— Начинаем!
Олег непроизвольно посмотрел на часы. Через три часа начнет темнеть…
— На, — Олег передал арабу радиостанцию. — Вызывай ""Вайнаха"" и передавай: я ""Хейла-пять"", я жив, со мной Умар, Ибрагим, Леча и Дустум. Скажи, что у тебя садится аккумулятор, и ты стоишь на горе. Остальные внизу тебя ждут. Ибрагим, Леча и Дустум ранены. Пусть Бислан ждет в условленном месте. Понял?
Араб чуть заметно кивнул. Иванов ухватил его за подбородок:
— Нет, ты понял?
Абусаид кивнул.
— Передавай, — сказал Олег. — Но помни: если что-то скажешь не то, умрешь на месте.
Араб надавил клавишу передачи и хриплым голосом начал вызывать:
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"".
Он отпустил клавишу. Эфир молчал.
— Продолжай, — сказал Нартов. — Вызывай безостановочно.
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"".
И снова молчание. Только шорохи в эфире…
— Иди, — сказал Романов Иванову: — Готовь роту к выходу. Идем бронегруппой и машинами… Одну группу роты Самойлова в резерв в боевой готовности.
— Есть!
Глеб вышел из палатки.
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"".
И снова тишина.
— Может, рация не достает? — спросил Олег.
— Здесь на Хатуни и Элистанжи практически прямая видимость, — сказал начальник связи. — Должны брать…
— ""Вайнах"", я ""Хейла-пять"".
