Настроение на уровне плинтуса, глаза горели от слез, которых уже не осталось, и, глядя в потолок, она стала снова прокручивать моменты со Стасом, ещё больше бередя свежую рану. Открыла галерею, пролистывая их общие фотографии: с отдыха на реке, с проката катамаранов, с похода в кинотеатр, с летней вечеринки в честь его дня рождения.
Надежда продолжала теплиться в ней. Завтра, когда он придёт в себя, она ему позвонит, и он обязательно её простит.
— Так-так-так, Юрий Александрович, какие новости? — лукаво спросил Герман, усаживаясь на нижнюю часть конструкции, которую они уже успели собрать.
Юра покосился на друга. Тот сидел с таким выражением лица, с каким кот в ожидании смотрит на сметану.
— Ни-ка-ких, Герман Игоревич. Видишь, люди пытаются работать, не мешай, — он немного оттеснил его с того места, куда собирался вкрутить шуруп.
— Тут птичка на хвосте принесла, что тебе Воронцова помогает.
— Птичку, случайно, не Вита зовут?
— Да все об этом уже знают. И что ты будешь делать?
— Ну почему?! — Герман в сердцах саданул рукой по доске, на которой сидел, отчего та жалобно заскрипела и прогнулась.
— Так, тут надо еще укрепить, — пробурчал себе под нос, представляя, что с доской вообще случится, если на ней будут стоять человека три, а не тощий Гера. — Я не хочу привязываться и отношений тоже не хочу… — завел свою шарманку, мысленно подсчитывая, сколько раз им это говорил.
— Да-да-да, именно поэтому ты купил два синнабона. Для себя и для себя любимого, — Герман ткнул на его рюкзак, в котором виднелись две коробочки с булочками.
В этот момент подошел Савелий и хлопнул Юру по плечу.
— Ну и как наша персона нон-грата?
— Тут наоборот grata-person, — с английским акцентом изобразил Гера.
— Да не пошли бы вы оба…
Как бы Юра их не любил, в этот момент он готовился проклясть друзей и провалиться вслед за ними сквозь землю.
— Он ей сладости таскает, — шепотом сообщил на ухо Савелию Герман, прикрывая ладонью рот и косясь на Юру, но так, чтобы тот услышал.
Юра, и правда, утром до репетиций зашёл в кафе и купил два синнабона. Он знал, как Яра любит сладкое, и хотел отблагодарить за то, что она поделилась с ним едой.
Однако в обычное время она не пришла. Он в надежде каждый раз, когда кто-нибудь проходил, оборачивался, но это были другие, ненужные ему люди. Юра мельком услышал её голос где-то внизу, но Ярослава так и не поднялась.
Настроение испортилось. Он хотел выкинуть выпечку, которая источали аромат корицы на весь этаж.
