В Плененном принце мир тонкого равновесия нарушается. Природа обыденности встает под ударами политической суматохи, и герой Эрasmus оказывается центром ожесточенного баланса между королевской властью и древним кланом феодалов. Утрищевой сюжет разворачивается в закрытых готических замках и загадочных пустошах, создавая интригующую атмосферу изнурительных игр веры и власти....
Возможно, дело было в странном сочувствии, ведь Дэймен сам пережил нечто подобное – предательство и насилие там, где чувствовал себя в безопасности. Возможно, он пытался заново пережить мгновения прошлого и исправить ошибки, ведь тогда он отреагировал недостаточно быстро.
Да, должно быть, дело было именно в отголосках той ночи, в сумбуре и переживаниях, которые Дэймен глубоко запрятал.
Троица стражей разделилась: двое двинулись к Лорану, а третий с ножом в руке остался караулить Дэймена. Он явно не ожидал проблем и нож держал небрежно и некрепко.
После стольких дней и недель в ожидании шанса было приятно не только его получить, но и воспользоваться им. Ощутить мощный удар плоти о плоть, от которого чужая рука онемеет и выронит нож.
Ливрею страж надел, а доспехи – нет, и совершенно напрасно. Кулак Дэймена врезался ему в живот, и страж согнулся, издав гортанный звук, в котором смешались судорожный вздох и болезненный стон.
Второй из троих, выругавшись, обернулся – очевидно, решил, что с принцем его товарищ справится в одиночку, а ему целесообразнее усмирить неожиданно взбесившегося дикаря.
"На свою беду, этот страж решил, что достаточно просто держать меч в руках. К Дэймену он рванул с необдуманной поспешностью. Его двуручник с большим эфесом легко мог прорезать плоть и рассечь человека пополам, но Дэймен уже подобрался слишком близко – на таком расстоянии бьются не на мечах, а врукопашную.
Из другого конца покоев донесся грохот, но Дэймен едва ли обратил на него внимание.
Мечник, которого Дэймен держал в захвате, прохрипел:
– Он принцева сучка! Убей его!
Второго предупреждения не понадобилось: навалившись всем телом, Дэймен быстро поменялся с ним местами. Удар ножа, предназначавшийся Дэймену, пришелся в незащищенную грудину мечника.
Первый страж подобрался к своей жертве и потянулся за ножом. Ловкий бородач со шрамом на щеке, двужильный боец – такого отпускать нельзя, особенно вооруженным.
Оглушенный, с лицом, превратившимся в безвольную маску, стражник уже не мог вырываться из захвата Дэймена.
Обезвредив его, Дэймен обернулся, ожидая увидеть, что Лоран близок к поражению или повержен.
