Майор контрразведки СМЕРШ Павел Никольский прибывает в освобожденный концлагерь Аушвальд в поисках военного преступника доктора Клауса Менделя, проводившего чудовищные эксперименты над заключенными. Преступник успел скрыться, и начинается его опасная охота через разрушенную войной Европу.
Раздел Chitat.online для книги «По следу кровавого доктора» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Майор контрразведки СМЕРШ Павел Никольский прибывает в освобожденный концлагерь Аушвальд в поисках военного преступника доктора Клауса Менделя, проводившего чудовищные эксперименты над заключенными. Преступник успел скрыться, и начинается его опасная охота через разрушенную войной Европу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Майор контрразведки СМЕРШ Павел Никольский прибывает в освобожденный концлагерь Аушвальд в поисках военного преступника доктора Клауса Менделя, проводившего чудовищные эксперименты над заключенными. Преступник успел скрыться, и начинается его опасная охота через разрушенную войной Европу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Красноармейцы протискивались через переплетения ржавых труб, вентильных устройств.
Никто уже не задумывался о том, что находится наверху. Катакомбы под городом рылись веками. У средневековых пруссаков, наверное, было такое развлечение. Промышленных предприятий за пределами городской черты имелось предостаточно.
Елка глухо зарычала и вдруг рванулась вперед. Возницкий едва удержал поводок.
— Что это с ней? — спросил Еремеев.
Собака вела себя беспокойно, нервничала, вилась кругами. Это было странно. Еще минуту назад она едва волочила ноги.
В горле у капитана Никольского вдруг стало сухо.
Бойцы рассредоточились по коридору, прятались в нишах и за массивными запорными устройствами.
«Над нами снова какой-то завод», — подумал Никольский.
Бледный луч выхватывал из темноты лица, серые от усталости, покрытые разводами грязи вперемешку с потом. Солдаты щурились, раздраженно отворачивались. Шаркун, пользуясь передышкой, закрыл глаза, ловил фазу быстрого сна.
— Филимонов, пойдешь со мной, — заявил Павел. — В случае необходимости будешь связным. Вперед не вырываться! Следуешь строго в кильватере, ведешь себя тихо.
— Понял, товарищ капитан.
Никольский прекрасно помнил, как они с этим юрким красноармейцем удирали из института, взлетающего на воздух. Струхнул, конечно, паренек, но вел себя достойно. С таким человеком можно идти в разведку.
У них имелся один фонарь на двоих. Павел протискивался через перехлесты трубопроводов, цеплялся головой за провода, свисающие с потолка, отставшую штукатурку. Волнение нарастало. Почему, интересно знать?
Коридор изгибался под тупым углом, развилок пока не было. Капитан выключил фонарь, навострил глаза и уши. Филимонов возбужденно дышал ему в затылок.
— Темно, товарищ капитан. Хоть глаз выколи.
— Боишься темноты, Филимонов?
— Ну, вы скажете, товарищ капитан. — Боец явно смутился. — Бояться надо не ее, а того, кто в ней сидит.
Павел усмехнулся.
Трубы в этом коридоре разбегались. Часть ответвлялась и уходила в потолок, другие как-то причудливо расползались по углам. Словно черви прорывали дорожки в недрах.
Никольский не стал включать фонарь, ощупал пол перед собой, двинулся дальше. Хрустела крошка под подошвами. За поворотом мерцание стало явственнее. Он повесил автомат за спину, вынул из кобуры «ТТ».
Проход расширился. Вскоре они лежали за бетонным порогом и всматривались вперед до боли в глазах. Снаружи было позднее утро, значит, с дневным светом все в норме. Но здесь его не хватало, он расползался по значительной площади.
Глаза капитана привыкали к мраку, начинали кое-что различать. Снова обширная галерея с колоннами, на этот раз не коридорного типа, а огромный, почти квадратный зал. Низкий потолок усиливал сумрачность.
