Автор
Катерина наступила на двадцать первый год и встретилась со сложностями уже в рождественские дни. Весь декабрь был морозным, а тревожные сообщения от старшей сестры Ариши лишь усилили ее беспокойство. Катерина присоединялась к очередям за гуманитарной помощью и антибиотиками, пытаясь хоть как-то помочь семье. Такие испытания приближали Рождество, когда еще больше верилось в чудеса помощи....
Я так долго бежала за ним по встречной в своих снах, что теперь, когда он сел рядом с нами, не находила, что сказать. И Влада! Выболтала все тайны сразу.
— Не вижу смысла обсуждать наши дела, — я покачала головой. — Пришел познакомиться, хорошо. Мы рады. Потом будешь присылать нам письма. Захочешь помочь материально — милости просим.
— Ты что, действительно собираешься переезжать в другую страну?
— Есть такое слово — иммиграция. — Спокойно пожала плечами я. — Хочешь помочь материально — отлично, мы будем рады любой помощи, потому что работать я пока не могу.
— Тебя надо хирургу показать.
— Нет у меня лишних денег на хирургов! Само заживет.
— Ох, Катя… и когда вы собираетесь уезжать?
— Скоро.
Влад посмотрел на меня. Долго, пронзительно.
— Нечего вам в другой стране делать.
Я усмехнулась.
— Это ты так решил?
— Нет. Это проверенная истина. От себя не убежишь. На чужбине только еще тяжелее будет. Поехали лучше где-нибудь кофе выпьем, познакомимся поближе.
Он вдруг улыбнулся.
— Влада, ты пиццу любишь?
Дочка заерзала у меня на руках.
— Люблю.
— Тогда поехали в пиццерию. Ну же, Катя?
Я растерялась. Он так легко разбил мои доводы про переезд в другую страну, что я снова не нашлась, что ответить.
— У нас вещей с собой много. Куда с ними?
— Не переживай, я на машине. Вещи там оставишь.
Он уверенно склонился над ножками Влады и освободил их от роликовых коньков.
— Сапоги я сама! — запротестовала дочка и принялась обуваться.
Влад дождался, когда она обуется и всунул ей коробку с куклой.
— Это мне??? — распахнулись от восторга карие глазки.
— Тебе, кому же еще? — В его взгляде снова вспыхнула нежность. — Дочка у меня одна, и это ты.
— Мне сегодня Тёмка куклу сломал, — вдруг вспомнила она и помрачнела.
Влад нахмурился.
— Надеюсь, он извинился?
Дочка покачала головой.
— Нет.
Я вспыхнула.
— Какой там извинился! Она ему нос сломала! И из садика нас выгнали…
Влад поймал мой взгляд.
— И черт с ним, с садиком! Найдем другой… Я тебе цветы принес. У нас в семье принято приносить белые розы женщине, которая подарила дочь. Я, конечно, опоздал, но все же, они по праву твои.
И вложил мне в руки букет белых роз.
Я вспыхнула.
— А если рождается сын? Что дарят тогда?
Влад улыбнулся.
— Красные розы. Белый цвет характеризует чистоту и нежность, а красный — силу и храбрость.
— А твоя возлюбленная из фонтана знает, что ты сюда поехал? — сорвалось с губ.
