Офицер ВДВ погибает на спасательной операции и попадает в СССР октября 1980-го года — в день, когда уходил в армию. Вернувшись молодым в эпоху афганской войны, герой должен изменить прошлое и спасти младшего брата от верной смерти, но каждый его шаг создает новые опасности.
Раздел Chitat.online для книги «Пограничник. Том 10: Тень \» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Офицер ВДВ погибает на спасательной операции и попадает в СССР октября 1980-го года — в день, когда уходил в армию. Вернувшись молодым в эпоху афганской войны, герой должен изменить прошлое и спасти младшего брата от верной смерти, но каждый его шаг создает новые опасности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Офицер ВДВ погибает на спасательной операции и попадает в СССР октября 1980-го года — в день, когда уходил в армию. Вернувшись молодым в эпоху афганской войны, герой должен изменить прошлое и спасти младшего брата от верной смерти, но каждый его шаг создает новые опасности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Товарищ Борис…
— Имена…
Джамиль украдкой осмотрелся. Потом подался к нам с Мухой.
— Я рискую головой… и…
— Два пуда соли окупят этот риск? — спросил я тихо.
Муха удивленно зыркнул на меня. Взгляд Джамиля стал еще удивленнее.
— Ты сможешь использовать ее долго, — продолжал я. — Или выгодно продать. Если будет твоя воля.
— Голова мне ценнее… — пробурчал Джамиль.
— Ну тогда… — Я поднял кинокамеру, которая стояла на полу у моего табурета, и поставил ее у ног Джамиля. — Вот. Кинокамера. Записывает фильмы. Пленкой заправлена под завязку. Уверен… В нынешних условиях у тебя найдется покупатель на такую редкость.
Джамиль уставился на громоздкий прибор. Потом сглотнул.
Лицо его по-прежнему оставалось испуганным, но глаза загорелись настоящей жадностью.
Он снова подался к нам. Заговорил очень тихо, едва слышным шепотом:
— Товарищ Борис… Клянусь Аллахом, я не враг. Я не знаю, кто вернулся домой в ту ночь. Но знаю тех, кто из жителей кишлака был в кяризе… — Джамиль задумался, обратив взгляд к потолку и нервно шевеля губами. Потом снова зашептал: — Мухаммад Кандагари, у него один глаз, злой как шакал. Наимтулла Зирак, он молод, но пролезет, где и грызун не пролезет. Были там еще Садо Самандари, он живет на нижней улице, за мечетью. И Псалай, сын старого Абдулахада, местный наемный пастух. Они повели детей в подземелье.
— А кто-то не из кишлака? — спросил я тихо. — Людей там было больше, чем ты говоришь. Допустим… Бородатый солдат с золотым зубом?
Брови Джамиля поползли вверх.
Тогда я понял — он знает еще о ком-то. А еще, скорее всего, не лжет. У него достаточно духу, чтобы недоговаривать. Но на такую ложь, да еще в таких условиях, нужна смелость. Смелость, которой Джамилю не доставало.
С такими людьми, как этот афганец, нужно работать тонко. Главное — не передавить, чтобы не спугнуть. Иначе хлопот не оберешься. Трусы способны на большие глупости, когда они сильно трусят. И сложно было сказать, чего можно ожидать от этого Джамиля. Особенно когда сам ты находишься в стане врагов.
— Говори, Джамиль. — Угрожающе прошипел Муха.
— Я и так сказал вам такое, за что мне могут отрезать голову…
— Да… Но тех, кто может отрезать тебе голову, — Муха нахмурился. Его тон стал ниже на октаву и еще более хриплым, чем обычно, — здесь нет. А я — здесь.
Джамиль затрясся, как осиновый лист.
— Товарищ старший лейтенант, — строгим, холодным тоном одернул я Муху. — Вы перебарщиваете. Мы не должны привлекать к себе внимания.
— Эта лживая падаль что-то скрывает… — совсем завелся Муха.
— Спокойно, — я посмотрел на старлея исподлобья.
Он уставился на меня в ответ. И выдержал мой взгляд.
— Я знал… Знал, что не следует работать с шурави… Знал… — залепетал Джамиль, но голос его становился все громче.
