Офицер ВДВ погибает при спасении людей и неожиданно возвращается в СССР 1980 года — в день своего призыва в армию. Теперь ему предстоит пережить афганскую войну заново, но уже со знанием будущего. Сможет ли он изменить судьбу и спасти тех, кого потерял?
— Вы хотите поговорить с Захид-Ханом?
— Совершенно верно, — кивнул ЦРУшник, — нужно обсудить кое-какие дела. Я понимаю, что прошлая наша совместная операция оказалась не очень успешной. Но, думается мне, мы сможем все наверстать.
— Захид-Хан сейчас занят, — холодно ответил переводчик. — Если вы и ваши люди голодны, видит Бог, мы с радостью накормим вас. Кроме того, Захид-Хан чувствует себя оскорбленным, после того, каким тоном вы говорили с его сыном Аллах-Дадом в прошлый раз. Сейчас поговорить вы не сможете. Прошу, приезжайте в другое время. И, предупреждайте о своем визите заранее. К тому же советую вам взять с собой богатые дары, чтобы загладить вину.
«Вот зазнавшиеся дикари, — подумал Стоун, — ведут себя прямо как хозяева. А на деле — простые оборванцы! Ну ничего. Мы научим их подчиняться. Рано или поздно».
— Хочу напомнить, что в прошлый раз вы все же получили кое-какое оружие и боеприпасы. Несмотря на том, что русские разбили ваших людей в пух и прах, — деликатно надавил Стоун, — Однако… Неужели вам не нужно больше? Намного больше? Я думаю, благородный Юсуфза согласиться принять мои извинения и подумает над тем, чтобы принять и мои предложения.
Фазир задумался. Обратился к перебежчику и заговорил с ним на пушту. Стоун, неплохо знакомый с этим дикарским языком, быстро разобрал слова Фазира:
— Ахмад, скажи господину Захид-Хану, что американец хочет поговорить с ним и извиниться.
— Хорошо, Фазир, — неловко ворочая языком, ответил молодой мужчина. Он явно только осваивал новые для него слова.
Ахмад направился к самому большому шатру. Фазир обратился к Стоуну:
— Если на то будет воля Бога, Захид-Хан согласится с вами поговорить.
— Я уверен, что будет, — разулыбался Стоун, — обязательно будет.
И Стоун оказался прав. Юсуфза соизволил поговорить. Более того, охотно согласился на новый набег, когда услышал об оружии. А вот кормить американцев не стали. Стоун вежливо отказался.
К своему пикапу он возвратился спустя тридцать минут.
— Сегодня вы долго, — пробурчал чернокожий Линкольн, когда агент сел в машину.
— С каждым разом они все упрямее и упрямее.
— С базы пришло сообщение, — вдруг сказал Линкольн, — полковник Страйкер прибыл туда час назад. Сообщили, вместе с ним приехал кто-то из вашего начальства. Вас ждут там как можно скорее.
Стоун вздохнул.
«Сегодня вечером напьюсь», — устало подумал ЦРУшник.
