Офицер ВДВ, погибший при спасении, оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Советско-афганская война, молодость и второй шанс. Теперь он должен изменить историю и предотвратить трагедию, унесшую жизнь его брата. Война требует выбора.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Офицер ВДВ, погибший при спасении, оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Советско-афганская война, молодость и второй шанс. Теперь он должен изменить историю и предотвратить трагедию, унесшую жизнь его брата. Война требует выбора.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Офицер ВДВ, погибший при спасении, оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Советско-афганская война, молодость и второй шанс. Теперь он должен изменить историю и предотвратить трагедию, унесшую жизнь его брата. Война требует выбора.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я его отпустил, и тот неловко побрел к дежурке, в комнату связи и сигнализации. Посмотрев ему вслед, я только ухмыльнулся.
Следующим утром, после занятий по политподготовке с новым замполитом, мы с ребятами вышли на улицу.
— Опа. Никак снова новые люди на заставе? — Спросил тихо Стас.
У навеса, под которым покоилась новая Шишига, переданная заставе взамен расстрелянной, стояли пограничники. Были там Черепанов, старшие сержанты Мартынов с Тохой Фрундиным и еще пару погранцов.
В центре их внимания был незнакомый офицер в шинели. Крепкий и кряжистый, он что-то эмоционально им рассказывал: смеялся, махал рукой, с зажатой в пальцах сигаретой. Остальные увлеченно слушали и тоже посмеивались.
— Короче, — услышал я анекдот неизвестного, когда мы направились к ним, — приходит как-то офицер особого отдела к венерологу…
Когда мы приблизились, все, кто слушал, как оказалось, капитана, грянули дружным смехом. Тот как раз закончил анекдот.
— О, здорова, мужики! — Разулыбался новый капитан.
Черепанов обернулся, увидев нас, сказал:
— Знакомьтесь, парни. Это товарищ Рюмшин. Капитан особого отдела. Его к нам приставили, после Сорокина.
— Здорова! Здорова, братцы, — начал он протягивать всем свою плотную руку, — будем знакомы!
Рюмшин был сбитым, словно пенек. У него были квадратные плечи, смешливое, но очень грубое лицо и крупная челюсть с несколько неправильным прикусом. Оттого создавалось такое впечатление, что нижнюю губу капитан всегда выпячивал. Это делало выражение его лица, когда находилось оно в спокойном состоянии, будто бы каким-то надменным.
Хотя вроде бы простецкое, на первый взгляд, поведение капитана, говорило об обратном. Или же он только хотел создать о себе такое впечатление.
— Да, вот приехал знакомиться, — сказал Рюмшин и затянулся сигаретой, — сначала хотел к шефу вашему заглянуть, да он щас занят. Попросил подождать немного. Вот я и тут. Решил поболтать с личным составом, раз уж представилась такая возможность."
"— О! — Вклинился Синицын, стоявший тут вместе с офицерами, — товарищ капитан, а расскажите еще раз про офицера особого отдела и венеролога⁈ Пусть парни тоже посмеются!
— Да они, видать, слышали, — разулыбался капитан, — мож, кто из вас знает еще какие анекдоты?
— Только неприличные, — ответил я с улыбкой.
— Ну, тогда ладно! — Рассмеялся особист, рассказавший только что довольно пошлый анекдот, — совсем уж неприличные не надо! У нас тут собрались порядочные люди!
В общем, особист изо всех сил пытался сойти за своего. Поведение его мне показалось похожим на то, каким грешат российские ДПСники из будущего, когда ведут себя так, будто ты им уже и сват, и брат, и бог знает кто еще.
