Он утверждает, что на него напали твои бойцы, Толя.
— И вы ему верите? — Таран обернулся к Жукову.
Капитан танкового взвода нерешительно опустил взгляд. Пождал губы.
— Не знаю. Никто, кроме этих троих ничего не видал. Остальные слышали только выстрелы и ругань. Да и подошли, когда Симонова уже схватили.
— Если вы намекаете на то, чтобы замять все произошедшее, я тут в корне с вами не согласен. Я обязательно доложу в отряд и буду готовиться к расследованию.
— Вы верите вашим бойцам? — Спросил Жуков.
— А что, если они лукавят? — Приподнял подбородок Жуков, — у Симонова с Селиховым были натянутые отношения. Это все знают. Уткин же — хороший друг Селихова.
— Я хорошо знаю Александра, — возразил Таран, — если вы намекаете на то, что он решился бы на убийство товарища, то это глупости.
— Я хорошо знаю Сергея, — Жуков тоже возразил, — у него сложный характер, да. Поначалу с сослуживцами были у Сережи проблемы. Но он хороший солдат и тоже у меня на хорошем счету.
— Хороший солдат тоже может оступиться.
— Да, — Жуков кивнул, — как, например, Селихов. Потому я предлагаю вам хорошенько во всем разобраться, а не рубить сплеча сразу же. Давайте послушаем всех. Проведем небольшое внутреннее расследование, а потом сделаем выводы. И вы доложите в отряд.
— Пусть с этим разбирается военная прокуратура и особый отдел, — отмахнулся Таран, — такие вещи не в нашем ведении.
— Под подозрением будет Симонов, — покачал головой Жуков.
— А что, если все не так просто, как мы думаем?
— Вы хотите отмазать своего сержанта? — Таран, стоящий у окна, повернулся к капитану, скрестил руки на груди.
— Нет. Я лишь хочу разобраться в том, что же произошло. Я несу ответственность за этих ребят. И если уж действительно кто-то из них совершил такое преступление, я хочу быть уверен, что его накажут справедливо.
— А мне сдается, вы надеетесь, что получится перекинуть всю ответственность на моих парней.
Жуков не ответил. Тогда Таран продолжил:
— Я понимаю, что каждый из нас с вами стоит за своих. Я — за мой личный состав, вы — за ваш танковый взвод. Однако произошло ЧП. Я должен доложить.
— Я не прошу вас ничего утаивать, — покачал головой Жуков. — Прошу лишь дать мне время разобраться, товарищ старший лейтенант. Час. Один только час на то, чтобы выслушать всех и сформировать хоть какую-то ясную картину произошедшего. Все. Если Симонов действительно виноват и сейчас не зря сидит связанный и под охраной, я с чистой совестью передам его куда следует.
