— Вот как? Ты так быстро решил расстаться с жизнью, Шайтан? Ты убил много хороших моджахеддин. Не боишься ли ты ада?
— Я сам распоряжаюсь своей судьбой, — нахально улыбнулся я. — А ты?
Ухмылка сползла с полных губ душмана. Низким, утробным голосом он спросил:
— А что будет, если победишь ты?
— Тогда ты мне поверишь.
Нафтали поджал губы. Громко, по-звериному засопел, раздув крупные ноздри.
— Ну что ж, Шайтан. Я принимаю твои условия.
Когда я взялся за путы, связывавшие могучее тело Нафтали, все напряглись. Казалось, даже сам воздух задрожал от напряжения. Булат даже подскочил, пискнул и уставился на меня, переминаясь на лапах."
"— Ах да, — сказал я. — И уведите отсюда Булата. Он будет мешать.
* * *Нафтали поднялся. Повёл затекшими от верёвки плечами. Покрутил головой, и его толстая бычья шея хрустнула. Он уставился на Шайтана, спокойно стоящего в нескольких метрах от него, держа наготове нож.
Шайтан что-то сказал на русском. Командир шурави помедлил, но всё же извлёк свой нож из ножен и кинул его под ноги Нафтали.
Нафтали уставился на клинок штык-ножа. Потом бросил:
— Мне не нужны подачки от шурави. Я убью тебя голыми руками, Шайтан.
С этими словами он пнул нож. Шайтан хмыкнул. А потом отбросил и свой.
После этого воздух, казалось, задрожал человеческим напряжением ещё сильнее. Шурави, окружившие их с Шайтаном, стали нервно переглядываться.
Шайтан казался уверенным в собственной победе. Лицо его ничего не выражало. Взгляд был холоден.
Нафтали сделал к Шайтану один шаг, а потом… замешкался. С ужасом он почувствовал, как недавний страх перед этим человеком возвращается к нему. Как начинает дрожать его нутро. Как слабнут его могучие руки и ноги.
Нафтали сжал кулаки до белых пальцев. Стиснул зубы.
«Это всего лишь человек, — подумал он, — всего лишь мальчишка!»
Он напряг всю свою волю. На доли секунды ему показалось, что её не хватит. Что он снова попятится от страха, навсегда заклеймив себя несмываемым позором.
Воли хватило.
Нафтали с рёвом бешеного быка бросился на Шайтана. Размахнулся, стараясь сбить его с ног одним могучим ударом, чтобы потом свернуть шею, словно соломенной кукле.
Когда он ударил, Шайтана уже не было там, куда Нафтали направил свой кулак. А в следующий момент сильный тычок выбил у него из груди весь воздух.
Зрение мгновенно помутнело. В голове загудело.
Нафтали будто бы на миг потерялся в пространстве, а очнулся уже на колене, стараясь продышаться.
«Он ударил мне в солнечное сплетение, — с ужасом осознал Нафтали, — но… Но когда? И… И где он?»
Ответ не заставил себя долго ждать. Нафтали почувствовал, как Шайтан хватает его за левую руку, потом ощутил, как колено упирается ему в спину.
Нафтали не устоял в неудобной позе и рухнул на каменный пол. Хрустнуло. Боль в руке ослепила Нафтали.