В мирном сне ужасные шорохи и трели привлекают внимание героини. Она даже желает добить воробья, но бесполезно: телефон заходит на голосовую почту снова и снова. Кровавая мишka подстерегает в каждом звуке — начнет ли он заговорить?
А с эмиссарами завтра сам пообщаешься.
— Хорошо, — сдается Рошад, поднимаясь с пола со мной на руках и направляясь куда-то в сторону входной двери. — Буду должен, Арид.
— Сочтемся, — кажется, кивает тот в ответ
Но я уже не смотрю на него. Мое внимание полностью приковывает огромная зияющая дыра на том месте, где у меня раньше окно было. Да и вся комната основательно разрушена. Кровать разнесло в щепки, как и остальную мебель. Стены обгорели и местами пробиты насквозь. Под ногами Рошада хрустят обломки вперемешку с битым стеклом.
Это же мой дом. Моя квартира. Что мне теперь делать? Я бездомная? От осознания масштабов бедствия, даже мой нестерпимый голод отходит на задний план. Боже, они реально надеются выдать это за утечку газа?
А потом память мне услужливо подсовывает слова этого... Арида, кажется, о чьей-то смерти и подходящем теле...
О ком он говорил?
ГЛАВА 22
Как мы выходили из дома я помню очень смутно.
Куда он меня несет? Куда забирает? И правильно ли я поняла, что это мою смерть они хотят инсценировать? И если так, то зачем? Чтобы спрятать от этого Хаса? Так он все равно знает, что я жива.
Но вот вой сигнализаций, человеческие голоса и уличный шум остались позади. Рошад усадил меня на пассажирское место своего электрокара, вскоре я услышала, как он сам сел рядом на водительское. Меня вжало в сидение, когда мы резко и почти бесшумно тронулись с места."
"И теперь перед глазами стремительно проносятся огни ночного города, а мою душу и разум пожирают противоречия, сомнения и страхи, лишь усугубляемые перевозбужденным состоянием нервной системы и предательского тела.
— Куда ты меня везешь? — спрашиваю хрипло, не поворачивая голову к Рошаду. Боюсь, что посмотрев на него, еще больше буду сходить с ума от своих безумных желаний.
— В свой дом, — слышу ровный ответ.
— В другой мир? — уточняю осторожно.
В том, что он не обманывал, и действительно не человек, я уже убедилась.
