В мирном сне ужасные шорохи и трели привлекают внимание героини. Она даже желает добить воробья, но бесполезно: телефон заходит на голосовую почту снова и снова. Кровавая мишka подстерегает в каждом звуке — начнет ли он заговорить?
— М-м-м, — я поворачиваю голову, прижимаясь к этой ладони лицом, закатывая глаза от того, как ослепительно хорошо это прикосновение ощущается.
Почувствовав рядом столь вожделенного мужчину, я всем телом льну к нему, стремясь оказаться еще ближе, касаться, целовать, ластиться, ощутить его на себе... в себе. Но Рошад жестоко отнимает у меня свою ладонь, снова водружая ее мне на лоб. Правда, я тут же обнаруживаю, что могу ртом достать до его запястья. Прикусить... и лизнуть.
Насладиться его прерывистым вздохом.
Съела бы.
— Как она? — появляется откуда-то новый голос. Незнакомый. Низкий такой, пробирающий до дрожи, но не неприятный. Посмотреть бы, кто это... но потом. Меня сейчас только один мужчина интересует.
— Не знаю, — хрипло отвечает незнакомцу Рошад. Такой серьезный бука. — Она вся горит. И энергия странная. Это похоже на возбуждение, но какое-то... неправильное. Ты вернулся, значит, я так понимаю, Хасмиер опять ушел?
— Да, — с досадой роняет его собеседник в ответ. — Как всегда приготовил себе путь для отступления.
— Знал. Ты бы стал ждать на моем месте? Будь твоя Вася у него в руках? — раздраженно спрашивает Рошад, а от его ладони меня прошивает таким болезненно-сладким теплом, что я не могу сдержать стона, выгибаясь в мужских руках. В ответ он прижимает меня к себе еще сильнее.
— Убедил, — примирительно соглашается его собеседник. — Ты сам как?
— Ничего смертельного.
— М-гм, слышу, — мурлычу, заставляя себя поднять веки. И утопаю взглядом в вишневом омуте, расцвеченном синими всполохами. — У тебя такие нечеловечески-красивые глаза."
"— Я рад, что тебе нравится. Но сейчас хочу, чтобы ты постаралась сосредоточиться. Малыш, вспомни, что с тобой сделал Хасмиер? Из-за чего ты в таком состоянии?
— Он уколол мне что-то, — болезненно морщусь, вспоминая.
— Тш, уже все хорошо. Он тебя больше никогда не тронет. Ты в безопасности, — Рошад сочувственно обнимает меня, притягивая к себе. Целует нежно в висок. — Ты у меня очень смелая умничка и со всем справилась.
