В начале декабря 2001 года, на Кавказе жарким особым дождем окутана Стародубовск. Здесь свирепствует казачий рынок — крупнейший городской базар в регионе. Напряженная атмосфера: низкие тучи, мелкий осадок, холодный воздух и пар от множества торговцев и покупателей. Этот местечек кажется маленькой временемюльной России, где каждый день имеет значение....
Сыч в этой ипостаси чем-то неуловимо напоминал хрестоматийного конокрада. Коренастый, основательный, в меру жуликоватый, круглые совиные глаза, бесшабашный, с сумасшедшинкой взгляд.
Мо по недомыслию можно принять за симпатичного сельского дурачка. Странная блуждающая улыбка на лице, взгляд пустой, бездумный. Глаза его приобретают осмысленное выражение, когда видят врага или хорошее оружие. Враги и оружие — вот две вещи, которые интересуют этого человека. На все остальное Мо наплевать.
— Как успехи? — мимоходом поинтересовался Сыч у братьев.
— И не спрашивай, — угрюмо ответил Василь. — Одни убытки…
Воровато зыркнув по сторонам, Сыч юркнул в «лабаз», сделав знак своей тени, чтобы остался снаружи для контроля за подступами. Мо встрепенулся, взгляд потяжелел, налился свинцом. Наблюдать — значит, где-то рядом могут быть враги. Это уже лучше — жизнь приобретает смысл.
— Присаживайтесь, товарищ крестьянин, — Север, вручив командиру «Canon», выдвинул из-под стеллажа пластиковый бутылочный контейнер и поплотнее прикрыл дверь.
— Интригуете, коллега, — буркнул Сыч, не торопясь включать просмотр. — Чего ты там отснял?
— Скажу банальность, — расплылся Север. — Лучше один раз увидеть, чем семь раз услышать.
Просмотрев начало записи, Сыч машинально нажал стоп кадр, озадаченно крякнул и с глубоким чувством продекламировал:
— Листья дубовые падают с ясеня. Вот ни фуя себе, так ни фуя себе!!!
— А ты присядь, присядь, — засуетился Север, подталкивая контейнер поближе.
Сыч присел, перемотал обратно, полюбовался ещё раз и открыл было рот.
— Это не глюки и не просто совпадение по внешности, — предвосхитил реплику Север. — Это ОН. Приз в студию!
Сыч неопределенно хмыкнул, выбрал кадр поудачнее, «запаузил» его и принялся рассматривать, сосредоточенно хмуря брови. Нет, Гран-при за операторские успехи Север, конечно, не получит. Но полную реабилитацию за свою давешнюю нерасторопность, безусловно, заслужил.
Дело в том, что один из троицы проворных горцев, угодивших в объектив Северовой камеры, был безоговорочно идентифицирован боевыми братьями как Ахмед Сатуев.
Думаю, вам бы тоже запомнился некультурный мужлан, который с семи метров выпустил в вас тридцать пуль.
