В холодном подвале жарится тоска и непрекращающаяся боль, но Василина продолжает сопротивляться темпу террора. Здесь воздух дышать невыносимо гадок, но в камере у неё есть одно преимущество — свобода мысли. Ночь настолько черная, что она кажется почти живой. Василина решает сделать этот день особенным и вместе с собой найдётся способ противостоять захлёстывающему злу....
Только, ты не поверишь, она проснулась, Кайтан. И больше воздействию не поддаётся. Вот пришлось припугнуть и оставить здесь.
– Проснулась, говоришь? – в голосе этого жуткого Кайтана появляется по-настоящему хищный интерес. Он склоняется ко мне, и, даже не различая чётко лица, я чувствую пробирающий до костей, пристальный, изучающий взгляд.
– Проснулась в машине. Разбила Краму нос, зарядив пяткой, – продолжает расписывать мои подвиги ублюдок Джуэн. – Зачем тебе такая бешенная? Одни проблемы с ней будут.
И столько похотливого предвкушения в голосе этого мерзкого подонка, что меня передергивает от гадливости. Даже в темноте я чувствую его липкий взгляд. От смеси животного страха, ярости и жгучей ненависти к этим мразям, к горлу подкатывает горькая тошнота. Не дамся. Буду драться до последнего.
– Ещё раз позаришься на моё, заставлю собственные внутренности жрать, – холодно чеканит тот, что явно тут самый главный, выравниваясь и оборачиваясь к своему подхалиму.
От ледяной угрозы в его голосе у меня волосы на голове дыбом поднимаются, а тот, кому она предназначена, давится воздухом, хрипло сипя. Падает на пол, хватая руками горло, раздирая его, пытаясь сделать вдох. Огромный, смуглый до черноты, детина способный одним ударом вышибить из меня дух, усыпивший меня в клубе простым приказом: «Спи!» сейчас похож на бьющуюся на суше подыхающую рыбу. И сразу становится понятно, кто в этой комнате самый страшный хищник.
– Я твой хозяин, девочка, – поворачивает ко мне голову, обжигая взглядом даже в полумраке моего карцера. – И ты должна уяснить, что от меня тебе не сбежать, не скрыться и не спастись. Я всё равно найду тебя. И накажу. Так, что будешь умолять о смерти.
Он что, прочитал мои мысли? Или просто угадал? Ну не может же такого быть! Не может! Мамочки, куда я попала? И что значит «хозяин»? Серьёзно? А я тогда кто? Рабыня? Нет уж!
– Зачем я вам? Что вы собираетесь со мной делать? – пытаюсь говорить спокойно, а на деле пищу испуганной дрожащей мышью.
– Я собираюсь тебя продать там, где за право обладания таким сокровищем, как юная и невинная фуэнта с Земли, мне заплатят целое состояние, – оскалившись сообщает «хозяин», выравниваясь и возвышаясь надо мной огромным зловещим силуэтом. Человек ли он вообще?
– Фуэнта? – благоговейно хрипит недоудушенный Джуэн.
