Полина Сергеевна подчеркивает свой внешний вид, даже если день выходит особенным и не нуждается в походах на улицу. Она всегда бдительно одета как будто на работе, отражающее профессионализм и ответственность. Такая интригующая девушка внушает о ней интерес к окружающим....
И так каждый день: домашнее задание, дополнительные упражнения, работа над ошибками.
Полина Сергеевна не разделяла теорий тех педагогов, которые считали, что учебу надо сочетать с игрой. Развлечения, игры — это прекрасно, им ребенок посвящает большую часть дня. Учеба — это работа. Мужчина должен уметь работать. Маленького мужчину никто не загружает многочасовым трудом до изнеможения. Но двадцать минут он способен и должен посвятить учебе-работе. Двадцать минут — в идеале.
— Это задание заняло бы у тебя двадцать минут, — говорила Полина Сергеевна внуку.
— Коля Смирнов рассказывал, что он делал домашнее задание с папой, и папа та-ак его треснул по башке книгой! Коля ударился об стол, и у него потекла из носа кровь.
— Я понимаю этого папу. Даже мое ангельское терпение на исходе. Кстати, это выход. Будешь делать домашнее задание с папой.
— Нет, бабушка! Только с тобой!
— Тогда пиши: «Хорошо в лесу летом».
— Хорошо в лесу летом.
— Нет, внимательно! Что ты написал?
— Харшо в лису летам. Ой, смешно, правда?
— Это смех сквозь слезы. Работа над ошибками!
— А если я все напишу правильно, ты мне дашь жвачку?
— Дам, — сдавалась бабушка. — Но ведь ты не напишешь без ошибок.
— Спорим?
— Спорим!
Эмка старательно выводил буквы и гордо откидывался на стуле:
— Вот!
— Читай!
— Тут все правильно.
— Нет, ты написал «хорашо».
— Это «о»! Ты специально, чтобы мне жвачку не давать! И Мария Львовна говорила, что «о» можно соединять петелечкой наверху!
— Изверг! Что ж ты раньше молчал? Мы бы давно рванули вперед, семимильными шагами! Но с петелечкой или без петелечки, ты у меня все равно вырастешь грамотным человеком!
— Да, Эмка, — подавал голос из-за газеты Олег Арсеньевич, — хочешь ты или не хочешь, но с такой бабушкой тебе без вариантов быть грамотным человеком.
— Пятнадцать минут перерыв, — вставала, расправляя затекшие плечи, Полина Сергеевна. — Потом математика. С дедушкой. Я буду готовить ужин, потому что мне отчаянно хочется пойти по стопам Колиного папы.
Через пять минут, то есть предложив внуку разделаться с математикой без перерыва, дедушка заявлялся на кухню и самодовольно докладывал:
— Готово!
— Так быстро? — с сомнением спрашивала Полина Сергеевна.
— Он в уме все играючи решил.
— В уме не годится.
