Автор
В апреле 1827 года Лондон переполняется праздничным вихрем, и Николас Чаллонер, известный повеса, покидает свой обычный мир для участия в балу дебютанток. Его присутствие вызывает необъяснимое шоковое замешательство — кого же ожидалось на подобном собрании? Вопросы разносятся по столам, как воздушные платья танцующих дебютанток....
Ноги ее опалило жаром горящего камина, но куда опаснее было пламя, зажженное лордом Рейнло в ее сердце.
Рука маркиза скользнула ей за корсаж. Ладонь обхватила грудь, сжала крохотный бутон соска. Бурлящий поток желания захлестнул Антонию, у нее вырвался хриплый стон. Тело безвольно обмякло, затуманенный разум отказывался повиноваться.
Еще немного, и она сама станет умолять Рейнло сделать с ней все, что ему захочется, а его желания не представляли секрета. В отчаянии Антония пошарила рукой у себя за спиной.
«Черт возьми, да где же она?»
Наконец пальцы ее нащупали то, что искали.
Глава 5
Боже милостивый, она убила Рейнло.
Антония в ужасе смотрела на безжизненное тело маркиза, распростертое на турецком ковре. Кочерга выпала из ее ослабевших пальцев.
Антония смутно сознавала, что должна испытывать раскаяние, но страх вытеснил все чувства. Во рту пересохло. Горло свело судорогой. Перед глазами поплыла пелена.
Объяснить появление живого лорда Рейнло в ее спальне было бы довольно непросто.
Кровь, хлынувшая из раны на виске маркиза, испачкала ковер. Теперь ни за что не удастся свести предательские пятна. Сердце Антонии бешено колотилось о ребра. Шатаясь на нетвердых ногах, она подошла к умывальнику. Внезапно в дверь постучали. Вспомнив, что дверь не заперта, Антония испуганно прижала руку к губам. Мучительная тошнота подступила к горлу.
— Мисс Смит, у вас все в порядке? — Это была Белла, немолодая женщина, горничная Кассандры. Она спала в маленькой комнатке рядом с покоями госпожи. — Я слышала ужасный грохот.
— Белла… — «Силы небесные, только этого не хватало». Антония постаралась придать голосу веселость. — Я споткнулась о стул. Вам не о чем волноваться.
— Вы не поранились?
Горничная давно ревновала Касси к компаньонке и с радостью уличила бы мисс Смит в грехопадении.
— Вы не хотите меня впустить?
«Боже праведный, нет!»
— Нет. — Решив, что ее резкий ответ мог пробудить любопытство горничной, Антония добавила, осторожно подбирая слова: — Нет, спасибо. Я не ушиблась. Идите спать, Белла. Час поздний, а вы, должно быть, устали."
"Наступила тишина. Антония настороженно замерла, полная дурных предчувствий. Грудь ее будто стянуло железным обручем.
