Автор
В апреле 1827 года Лондон переполняется праздничным вихрем, и Николас Чаллонер, известный повеса, покидает свой обычный мир для участия в балу дебютанток. Его присутствие вызывает необъяснимое шоковое замешательство — кого же ожидалось на подобном собрании? Вопросы разносятся по столам, как воздушные платья танцующих дебютанток....
— По крайней мере, вы пытаетесь меня в этом убедить, — обиженно отозвалась она.
— Я действительно сгораю от желания.
Антония шагнула к Рейнло.
— Вы не хотите меня поцеловать? — спросила она с ноткой отчаяния в голосе. — Я здесь. Мы одни. Никто нас не потревожит.
— Думаешь, я помешался?
— Да.
Рейнло тихо рассмеялся:
— Возможно, ты права. И все же почему ты здесь?
Антония охотно придумала бы какую-нибудь глупую отговорку, чтобы Рейнло замолчал и поцеловал ее, но она сказала правду.
— Из-за Касси.
— Из-за Касси?
В возгласе Рейнло слышалось изумление и любопытство.
Антония помолчала, подбирая слова. Как объяснить ему? И почему так важно, чтобы он понял?
— Касси была очень слаба. Я опасалась за ее жизнь.
— Я знаю.
Антония ожидала, что Рейнло добавит что-то еще, но тот молчал, предпочитая слушать. Ему хотелось выведать ее секреты. В хрупкой близости, установившейся между ними, таилась опасность, но Антония не находила в себе сил ее разрушить.
— Болезнь Касси напомнила мне, что жизнь коротка. Нужно брать желаемое, пока можешь.
— Значит ли это, что ты желаешь меня?
О, Антония угадала его замысел. Рейнло задумал сломить ее гордость. Лишить ее иллюзии, что ею управляет чья-то чужая воля.
Антония дерзко вскинула голову. Она принадлежала к одному из древнейших родов Англии, чья история восходила к грозным временам раннего Средневековья. И все же, несмотря на напускную храбрость Антонии, желудок ее стянуло в узел.
— Да, я желаю… тебя.
— Наконец-то, — выдохнул Рейнло так тихо, что Антония едва различила его шепот.
Повисла настороженная тишина. Рейнло спрыгнул с последней ступеньки лестницы и встал перед ней. Сердце Антонии учащенно забилось.
— Ты дрожишь, — тихо произнес маркиз.
— Разумеется, дрожу. Я перепугана насмерть. Но желание сильнее страха.
В обманчивом свете звезд улыбка Рейнло была полна нежности, однако Антония хорошо знала: это всего лишь маска. Несмотря на то что она согласилась стать любовницей маркиза, она не обольщалась: Рейнло принадлежал к породе хищников и забыть об этом значило бы погубить себя.
— Я рад.
Рейнло прижался губами к ее губам, и Антония окончательно потеряла голову.
— Но прежде… прежде, чем мы… — замолчав, она нервно облизнула губы."
"Была ли она так же робка с Джонни? Пожалуй, нет. Опьяненная страстью, она готова была всем пожертвовать ради любви.
Теперь она стала умнее.
— Условия, прекрасная Антония? — прошептал маркиз, касаясь губами ее шеи.
Антония почувствовала, что земля уходит из-под ног.
