В темной комнате, где запахло чем-то непонятным и настораживающим, голос отчима заставляет кровь стучать в венах. Маленькая девочка бессильно падает под его грубым напором, глаза её сопротивляются, но силы покидают её тело. Отчим словно демон удерживает девочку прикованным взглядом и грубыми руками, всё это время ожидая чего-то неясного и опасного....
Меня жестко шлепают ремнем по попе, но… меня это не раздражает, а наоборот, черт! Заводит…
Это он меня ещё поверх одежды стегает, а что же будет, если вдруг надумает штаны вниз стянуть?
Медведь шипит, матерясь сквозь стиснутые зубы, бьет ещё один раз ремнем по заднице, затем прижимается к ней твёрдым и огромным бугром, который вырос слишком быстро и неожиданно в свободных, спортивных штанах.
На будущем отчиме сейчас надеты домашние штаны, серого цвета, и обтягивающая натренированное тело чёрная футболка.
— Ты наказана, Рита, наказана, — хрипло шипит мне в ушко, жёстко потираясь вздыбленным членом о мою попу.
Идеально проникает, словно мои ягодицы были созданы исключительно для его члена. Это их жизненная миссия — ублажать член сексуального зверя.
Бам!
В голове всё переворачивается.
Мозг отключается.
Всё.
Я улетаю в прострацию.
Стоило только моей попке ощутить твердый и вздыбленный член сущего совершенства.
"Медведь горячо дышит мне в шею и пошло двигает бёдрами, распаляя проклятое желание на максимум, заставляя меня возбуждаться всё больше и больше с каждым новым развратным толчком, заставляя забыть обо всём на свете и снова подчиниться порочному дьяволу.
— Будешь у меня в углу стоять! Не выйдешь отсюда, пока... не получишь оргазм.
Издаю смешок.
А в груди всё переворачивается, на слове «оргазм».
Хочу и не хочу.
Борюсь и жажду.
Как же мне тяжело!
Во мне не на жизнь, а на смерть сражаются две противоположности.
Внезапно гад рывком дергает вниз мои штаны вместе с белыми трусиками в красное сердечко.
ПРОКЛЯТЬЕ!
Я оказываюсь перед нахалом с голой задницей.
— Иди ты! Совсем уже спятил? — опять пытаюсь вырваться, но тщетно — как добычу намертво держит. Не упорхнуть.
— Ты плохая девочка, Рита, плохая… А плохих девочек надо наказывать.
Порочный шёпот вновь проникает в ушко. Из-за этого по телу несутся новые залпы мурашек. Обнажённая попка покрывается гусиной кожей.
— Обожаю твою задницу, детка.
Дурак!
Смеюсь в уме.
Таких комплиментов мне еще не делали, но мне нравится!
Руслан по-свойски опускает ладонь на мой зад и начинает его жадно лапать. Мнёт, растирает, щупает. Доводит меня до бешенного головокружения. Так сладко становится. Мучительно! Я на грани того, чтобы потерять сознание.
Уши заложило, как во время резкого подъёма на гору, а тело колотит острейшая дрожь, как во время сильнейшего вируса.
