Владимир Архипов, успешный холостяк, вынужден полностью изменить свою жизнь после неожиданного наследства от эксцентричной соседки. Вместе с квартирой ему достается её приемная дочь, и их встреча становится началом авантюрной истории, полной неожиданных поворотов и испытаний.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Пороки и их поклонники»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Владимир Архипов, успешный холостяк, вынужден полностью изменить свою жизнь после неожиданного наследства от эксцентричной соседки. Вместе с квартирой ему достается её приемная дочь, и их встреча становится началом авантюрной истории, полной неожиданных поворотов и испытаний.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Владимир Архипов, успешный холостяк, вынужден полностью изменить свою жизнь после неожиданного наследства от эксцентричной соседки. Вместе с квартирой ему достается её приемная дочь, и их встреча становится началом авантюрной истории, полной неожиданных поворотов и испытаний.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он принес Максу чашку, поставил перед ним сахарницу – отсчитывать шесть ложек – и сам внезапно остолбенел.
Омлет размером со спутник планеты Уран исчез с тарелки. Макс дожевывал последний кусок, который свешивался с двух сторон его рта, как колбаса, которую отец Федор утащил у Остапа.
Архипов развеселился.
В холодильнике имелись еще йогурты – щегольские и аристократические даноновские баночки, голова голландского сыру – твердого, в красной кожице из аппетитного воска, остатки бекона и колбаса.
Архипов вынул сыр, бекон и колбасу, благоразумно рассудив, что кормить Макса Хрусталева даноновскими йогуртами экономически невыгодно и вообще как-то… бессмысленно.
– А что ты собираешься тут делать? В Москве?
– Как – что? – удивился Макс. – Гостить. Лето впереди, учиться не надо.
– Ты… в какой класс перешел?
Макс скривился и сделал неопределенный жест рукой, который мог означать что угодно.
– В одиннадцатый. Да пошла она, эта школа!..
– Ты что, бросил школу?! – перепугалась Маша, и он решил не говорить ей, что у него теперь новая жизнь и дурацкая школа не имеет к ней никакого отношения.
Зачем зря болтать? Все равно обратно он не вернется. Никогда. Никто его не уговорит. Бабушка скоро умрет, а без нее – что ж? Без нее совсем пропадать. И чего это Манька говорит, что она… молодая? Какая же она молодая, семьдесят с лишком? И мать всегда у нее спрашивает: “Когда помрешь, старая?”
– А в квартиру как попал?
– Вошел. Дверь была открыта, я и вошел.
– Вот, – встрял в разговор Архипов и уселся напротив, – вот об этом я и говорю, дорогая Мария Викторовна. Именно о двери.
– Чего это вы ее… по отчеству?
– Из уважения."
"– А-а…
– Бэ-э…
Воцарилось молчание. Макс ел хлеб, колбасу и сыр. Он брал хлеб, клал на него сыр, а сверху накрывал колбасой. Как только хлеб кончался, он отхлебывал чай, смотрел виновато – не на Архипова с Машей, а на еду, как будто просил у нее извинения, – и брал следующий кусок, и снова сооружал башню из колбасы и сыра.
– Ты что? Давно не ел? – спросила наконец сестра.
– Вчера, – ответил брат с набитым ртом, – ужинал вчера.
– А до этого ужинал на прошлой неделе, – равнодушно сообщил ей Архипов.
– Как… на прошлой неделе? Почему… на прошлой неделе?
– Меня мать не кормит больше. Уж давно! С осени. Говорит, что я ее деньги прожираю, а сам дубье стоеросовое и отребье.
Мария Викторовна Тюрина только моргала.
– Меня бабушка кормит. Только у нее пенсия маленькая.
– Как же ты… живешь?
– Нормально, – вдруг ощетинившись, выпалил Макс, – мне ничего не надо. И никого не надо. Ты не думай, я к тебе проситься не стану! К вам то есть. Я только повидаться приехал, а потом я уеду…
– Бедный ты мой.
Она неожиданно обняла его за голову и поцеловала в макушку, в чистые волосы, вымытые архиповским шампунем.
